Читаем Москва - столица полностью

Аналогичную ориентацию имел Педагогический музей Дирекции народных училищ Московской губернии (Б. Гнездниковский пер, 8). Заведующим и научным руководителем музея был Николай Анатольевич Флеров, директор народных училищ Московской губернии, секретарь редакции журнала «Педагогический вестник». Вместе с братом Владимиром Анатольевичем и отцом Анатолием Александровичем, окружным инспектором Московского учебного округа, они представляли передовых московских учителей, постоянно ищущих, экспериментирующих и участвующих в решении проблемы детской беспризорности и нищеты.

Москва имела также Педагогический музей Общества воспитательниц и учительниц (М. Царицынская, собственный дом). Открытый для осмотра два раза в неделю, он предоставлял педагогам возможность осматривать свои коллекции в воскресенье, а в случае необходимости углубленного изучения какого-либо раздела музей выделял желающим и индивидуальные часы работы. В Большом Кисловском переулке (№ 1) помещался Постоянный и подвижный Педагогический музей учебного отдела Общества распространения технических знаний. Несмотря на свою, казалось бы, профильную ориентацию, музей состоял из отделов: религиозно-нравственного воспитания, русского языка, истории, географии, физики, естествознания, иностранных языков и начального обучения. Директором музея был один из ведущих педагогов начала XX века Георгий Карлович Вебер.

К числу музеев город относил Городской Подвижной музей наглядных учебных пособий им. К.Т. Солдатенкова (Казанский пер., здание училища им. В.Г. Белинского), Музей наглядных учебных пособий (Поварская, 8), открытый ежедневно, но только во время летних каникул. Председателем совета музея был известный попечитель и деятель народного образования Георгий Александрович Пузыревский, член Московской городской управы. Помещение для музея он предоставил в собственном доме. В совет музея входили мировой судья Таганского участка статский советник Б.А. Астров, присяжный поверенный и гласный Московского земского собрания С.К. Говоров, гласный того же собрания и почетный мировой судья В.М. Духовской, биржевой нотариус и член Московского отделения Совета торговли и мануфактур С.В. Ганешин, мировой судья Лубянского участка и председатель Московского общества патроната над несовершеннолетними Э.Э. Маттерн.

Для учителей были открыты, опять-таки со статусом музеев, Городской склад теневых картин (Арбат, 4), его первое филиальное отделение в Дурном переулке (№ 30), Склад учебных пособий и письменных принадлежностей (Поварская, 3) и даже Городской кинематограф (Арбат, 4).

К музеям научной ориентации относились Зоологический (Б. Никитская, здание университета), открытый для обозрения только по воскресеньям в течение учебного года; Антропологический (Моховая, старое здание университета), которым заведовал профессор Д.Н. Анучин; Птицеводства (Театральная пл., в башне Китайгородской стены), принадлежащий Императорскому Российскому обществу сельскохозяйственного птицеводства и находившийся под руководством С.И. Матвеева — высокого чиновника из Управления Московского губернатора.

Располагали обширными коллекциями, но еще только готовились к их широкомасштабному показу «Склад Высочайше утвержденного Особого комитета по устройству музея в память войны 1812 года», расположенный в Арсенале Московского Кремля, и «Высочайше Учрежденный Комитет для устройства в Москве Музея прикладных знаний (Политехнического)». Почетным председателем последнего был великий князь Константин Константинович, среди почетных членов — граф С.Ю. Витте, академик Д.Н. Анучин, непременных членов: от Императорского общества любителей естествознания, антропологии и этнографии — тот же Д.Н. Анучин и Н.Е. Жуковский; от Городской думы, Биржевого комитета, Биржевого общества, Московского генерал-губернатора и от попечителя Московского учебного округа. Многочисленность постоянных членов совета, среди которых состояли многие промышленные и банковские магнаты, высочайший уровень ученых, ведавших отделами, говорили о том, какое значение придавалось Политехническому музею.

К социальной группе московских музеев можно отнести Музей гигиены и санитарной техники (Лобковский пер., 9), едва ли не единственный взимавший плату за вход; Музей городского хозяйства (у Никитских ворот, в доме князя Гагарина) — он подчинялся Училищному отделению Московской городской управы и заведовал им П.В. Сытин, Социальный музей им. А.В. Погожевой (Страстной бул., 10), которым заведовал ординарный профессор Московского университета А.И. Елистратов и который был ежедневно открыт и для посещений, и для занятий студентов, а также Противоалкогольный музей Московского столичного попечительства о народной трезвости (Н. Кисловский пер., 6). Единственным в своем роде был музей, или «Частная антисанитарная коллекция», доктора М. Попялковского (4-я Мещанская, 19), представлявшая «собрание образцов пищевых продуктов с различными в них примесями из трех царств природы (животного, растительного и минерального)».

Перейти на страницу:

Похожие книги

Homo ludens
Homo ludens

Сборник посвящен Зиновию Паперному (1919–1996), известному литературоведу, автору популярных книг о В. Маяковском, А. Чехове, М. Светлове. Литературной Москве 1950-70-х годов он был известен скорее как автор пародий, сатирических стихов и песен, распространяемых в самиздате. Уникальное чувство юмора делало Паперного желанным гостем дружеских застолий, где его точные и язвительные остроты создавали атмосферу свободомыслия. Это же чувство юмора в конце концов привело к конфликту с властью, он был исключен из партии, и ему грозило увольнение с работы, к счастью, не состоявшееся – эта история подробно рассказана в комментариях его сына. В книгу включены воспоминания о Зиновии Паперном, его собственные мемуары и пародии, а также его послания и посвящения друзьям. Среди героев книги, друзей и знакомых З. Паперного, – И. Андроников, К. Чуковский, С. Маршак, Ю. Любимов, Л. Утесов, А. Райкин и многие другие.

Зиновий Самойлович Паперный , Коллектив авторов , Йохан Хейзинга , пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ пїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅпїЅ

Биографии и Мемуары / Культурология / Философия / Образование и наука / Документальное
Эссеистика
Эссеистика

Третий том собрания сочинений Кокто столь же полон «первооткрывательскими» для русской культуры текстами, как и предыдущие два тома. Два эссе («Трудность бытия» и «Дневник незнакомца»), в которых экзистенциальные проблемы обсуждаются параллельно с рассказом о «жизни и искусстве», представляют интерес не только с точки зрения механизмов художественного мышления, но и как панорама искусства Франции второй трети XX века. Эссе «Опиум», отмеченное особой, острой исповедальностью, представляет собой безжалостный по отношению к себе дневник наркомана, проходящего курс детоксикации. В переводах слово Кокто-поэта обретает яркий русский адекват, могучая энергия блестящего мастера не теряет своей силы в интерпретации переводчиц. Данная книга — важный вклад в построение целостной картину французской культуры XX века в русской «книжности», ее значение для русских интеллектуалов трудно переоценить.

Жан Кокто

Документальная литература / Культурология / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное