Читаем Москва полностью

С большим удовлетворением отмечаю, что количество людей, сочувственно воспринявших как сами обращения, так и направление Новой Искренности, в некоторой степени возросло. Это для меня весьма приятно. Но, должен отметить, если бы количество подобных людей упало бы, скажем, до нуля, к моему великому прискорбию, я все равно бы, исполненный скорбной уверенности в правоте своего занятия, продолжал бы нести людям слова искренности, привета и философско-лирических размышлений над феноменами протекающей жизни

№ 285[12]

Граждане!

Все-таки какие мы все чудаки с вами!

Дмитрий Алексаныч

№ 286

Граждане!

Отдадимся благородному порыву овладевающему!

Дмитрий Алексаныч

№ 287

Граждане

Чистота намерений порождает и чистоту окружения нашего!

Дмитрий Алексаныч

№ 288

Граждане!

Дерево невинно и чисто, у него даже нет предчувствия зла!

Дмитрий Алексаныч

№ 289

Граждане!

Граждане! граждане вы мои любимые!

Дмитрий Алексаныч

№ 291

Граждане!

Вот вы вывесили белье на улице, и оно высохло – а вы и не удивляетесь даже!

Дмитрий Алексаныч

№ 292

Граждане!

По вечерам сидите вы за столом освещенным, а за спиной словно тени какие-то шуршащие спины вашей пальцами касаются!

Дмитрий Алексаныч

№ 293

Граждане!

Сделайте изгородь вокруг сада своего, но калитку оставьте открытой!

Дмитрий Алексаныч

№ 294

Граждане!

Спиной ощутите несокрушимость стен жилища вашего и распахивайте все окна и двери!

Дмитрий Алексаныч

№ 295

Граждане!

Солнце скрылось за облаком, а вы уже и поверили!

Дмитрий Алексаныч

№ 296

Граждане!

Счастье, как ребеночек, тянет к нам руки свои из былинки каждой – неужели обманем ожидания его?!

Дмитрий Алексаныч

№ 297

Граждане!

Окликните человека, и он с удовольствием обернется на зов ваш!

Дмитрий Алексаныч

№ 298

Граждане!

Страсти наши нарушают иерархию последовательностей и словно вихри какие вздымаются!

Дмитрий Алексаныч

№ 299

Граждане!

Я часто гуляю по улицам этим, но каждый раз нахожу для себя что-то новое!

Дмитрий Алексаныч

№ 300

Граждане!

Обождите, я скоро вернусь!

Дмитрий Алексаныч

№ 301

Граждане!

Подумайте, что бы вы сказали человеку, повстречавшемуся вам в час заката!

Дмитрий Алексаныч

№ 302

Граждане!

Отчего так слеза быстро высыхает под дуновением ветра постороннего!

Дмитрий Алексаныч

№ 303

Граждане!

И самовар исчез из быта нашего, и печка и многое другое, но все равно пьем чай мы и едим вареное и жареное!

Дмитрий Алексаныч

№ 304

Граждане!

Прошлое число занимает не то место в пространстве жизни нашей, оттого и бередит, колется, упирается в грудь нашу!

Дмитрий Алексаныч

№ 305

Граждане!

Как мало мы можем сказать друг другу!

Дмитрий Алексаныч

№ 308

Граждане!

Выходите на улицу осторожно, а то природа имеет привычку убегать и прятаться!

Дмитрий Алексаныч

№ 309

Граждане!

Столб золотой горит посредине жилища вашего!

Дмитрий Алексаныч

№ 310

Граждане!

Не убоимся чуда, чтобы оградить его от коварных покушений!

Дмитрий Алексаныч
Перейти на страницу:

Все книги серии Пригов Д.А. Собрание сочинений в 5 томах

Монады
Монады

«Монады» – один из пяти томов «неполного собрания сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), ярчайшего представителя поэтического андеграунда 1970–1980-x и художественного лидера актуального искусства в 1990–2000-е, основоположника концептуализма в литературе, лауреата множества международных литературных премий. Не только поэт, романист, драматург, но и художник, акционист, теоретик искусства – Пригов не зря предпочитал ироническое самоопределение «деятель культуры». Охватывая творчество Пригова с середины 1970-х до его посмертно опубликованного романа «Катя китайская», том включает как уже классические тексты, так и новые публикации из оставшегося после смерти Пригова громадного архива.Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия / Стихи и поэзия
Москва
Москва

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» – листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве».Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Места
Места

Том «Места» продолжает серию публикаций из обширного наследия Д. А. Пригова, начатую томами «Монады», «Москва» и «Монстры». Сюда вошли произведения, в которых на первый план выходит диалектика «своего» и «чужого», локального и универсального, касающаяся различных культурных языков, пространств и форм. Ряд текстов относится к определенным культурным локусам, сложившимся в творчестве Пригова: московское Беляево, Лондон, «Запад», «Восток», пространство сновидений… Большой раздел составляют поэтические и прозаические концептуализации России и русского. В раздел «Территория языка» вошли образцы приговских экспериментов с поэтической формой. «Пушкинские места» представляют работу Пригова с пушкинским мифом, включая, в том числе, фрагменты из его «ремейка» «Евгения Онегина». В книге также наиболее полно представлена драматургия автора (раздел «Пространство сцены»), а завершает ее путевой роман «Только моя Япония». Некоторые тексты воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации.

Дмитрий Александрович Пригов

Современная поэзия

Похожие книги