Читаем Москва, 1941 полностью

Из-за войны эти планы пришлось отложить. Новый Арбат – проспект Калинина – пробили только в 1960-е годы и застроили уже совсем в ином стиле, нежели планировали ранее. Садовое кольцо реконструировали лишь до Таганской площади – застройка улицы Чкалова (сейчас это Земляной Вал) пришлась на время борьбы с «архитектурными излишествами», и главный «виновник» находится именно здесь – шикарный жилой дом работников Министерства государственной безопасности (МГБ) СССР. В результате напротив него в 1965 году была построена унылая «панелька» со стеклянным универмагом «Людмила». Новая Солянка, которая была частью магистрали Завода им. Сталина (ЗиЛа, ныне уже снесенного и застраиваемого жильем), так и не была построена.

Планы на 1941 год были колоссальными: «В нижних этажах зданий-новостроек откроется много магазинов, мастерских, ателье, кафе, столовых, почтовых отделений, сберкасс. В тринадцать новых домов встраиваются кинотеатры». «В 1941 году в Московской области будет открыто еще 539 мастерских бытового обслуживания населения, в том числе 78 мастерских по ремонту одежды, 32 – по ремонту трикотажа, 22 мастерских химической чистки». «Мощность Сталинской водопроводной станции, одной из крупнейших в Европе, будет повышена с 600 тыс. кубических метров воды в сутки до 720 тысяч кубических метров. Для этого решено построить новый водовод и реконструировать ряд механизмов». «В Москву из Курской области прибыли два вагона живых карпов. С вокзала на специально оборудованных автомашинах рыба перевозится в садок базы “Главрыбсбыта”, находящийся на берегу Химкинского водохранилища. Ежедневно сюда поступает живая рыба с разных концов Советского Союза. Из Астрахани прибывает сазан, щука, сом, из Саратова – стерлядь, из рек и водоемов Тамбовской, Калининской, Курской и Московской областей – живой карп. База имеет 42 огромных ларя, где хранится свыше 100 тонн живой рыбы».

Интерьеры Сталинской водопроводной станции.

Ожидалось, что уже в навигацию 1941 года по обводненной и одетой в гранит и бетон Яузе смогут свободно курсировать суда – для этого был построен шлюз и гидроузел. Хотя набережные Яузы и дотянули до Сокольников, судоходной она так и не стала – осталась слишком мелкой. Уже летом трест по строительству набережных отправился в Смоленскую область, в район Днепра, возводить оборонительные сооружения.

Еще одним проектом, на котором война навсегда поставили точку, была детская железная дорога в Измайловском парке. Она должна была опоясывать по кругу весь зеленый массив почти от западного входа в парк примерно по трассе открытого участка метро, до Большого Купавенского проезда – тогдашней границы Москвы, потом возвращалась бы вдоль Шоссе Энтузиастов к Малому Московскому железнодорожному кольцу и замыкала круг. В некоторые местах, кажется, еще можно найти остатки начатой насыпи, а вот от станций этой железной дороги, каждая из которых должна была быть «клубом по интересам», не осталось следов.

И наконец самый грандиозный невоплощенный проект – Дворец Советов. Уже был заложен уникальный фундамент, построена станция метро. В предвоенном году предполагалось, что высота конструкций со стороны Волхонки достигнет 67,5 м, и между ними будет уложено «9 000 кубометров керамиковых блоков». Летом работы будут остановлены, а «Управление строительством Дворца Советов» будет переброшено под Вязьму на строительство оборонительных сооружений – его начальник Андрей Никитович Прокофьев станет начальником 6-го Управления полевого строительства, а позже отправится на восток страны, строить новые заводы.