Читаем Москва, 1941 полностью

…Около 4 часов 30 минут 29 ноября приказ оставить до 6 часов позицию достиг передовых отрядов на той стороне канала. И удалось – вопреки ожиданиям – до наступления рассвета всем уйти на западный берег, унеся с собой все вооружение и оборудование с предмостной зоны».

Скорее всего, потери вермахта были преувеличены, однако без развития общего наступления на этом направлении удержание плацдарма на восточном берегу не имело смысла. Мост через канал был взорван в 7:30 утра, но либо из-за недостатка взрывчатки, либо из-за желания сохранить его была подорвана только средняя часть. Полностью он был взорван через 12 часов группой саперов НКВД.

Одновременно с этими событиями немецкие части, продвигавшиеся по Рогачевскому шоссе, подошли вплотную к Лобне, угрожая прорывом в направлении Пушкина, где была бы перерезана Ярославская железная дорога, и дальше практически по прямой к «точке встречи» у Орехово-Зуева. Хотя на этом направлении находится система водохранилищ, зимние условия оставляли достаточно возможностей для маневра.

Понимая это, 28 ноября 1941 года в 20:05 Ставка Верховного главнокомандования приказала командующему 1-й Ударной армией немедленно выдвинуть 64-ю бригаду на подготовленный для обороны рубеж Черное, Сухарево, Киово с задачей «не допустить прорыва противника на Пушкин. Особое внимание обратить на оборону стыков с 47-й бригадой и частями опергруппы Лизюкова у Хлебникова. Готовность обороны 64-й бригады к 06.00 29.11». Фактически этим маневром перекрывался участок от Икшинского водохранилища до Рогачевского шоссе, с передним краем западнее Дмитровского шоссе.

По приказу командующего Западным фронтом 5 декабря 1941 года семь батарей из группы полковника Д. Ф. Гаркуши были переброшены в район Хлябова, Киова, Клязьмы и Хлебникова, чтобы предотвратить прорыв 1-й немецкой танковой дивизии между каналом Москва – Волга и Клязьминским водохранилищем. На этом рубеже зенитчики во взаимодействии со стрелковыми войсками сдерживали противника до перехода наших войск в контрнаступление.

Батарея 864-го зенитного артиллерийского полка под командованием заместителя командира батареи лейтенанта И. А. Кушакова 1 декабря 1941 года уничтожила 8 фашистских танков и отбила атаку автоматчиков, пробившихся к мосту через Клязьминское водохранилище. За проявленное мужество и отвагу 16 воинов батареи были отмечены правительственными наградами.

Эта попытка прорыва значительно менее известна, чем бой в районе Киова, где также отличились зенитчики 864-го зенитного полка[63]. На этом направлении находился 3-й батальон 64-й морской стрелковой бригады, который в результате атаки отошел с занимаемого рубежа. «Личным выездом командиров штаба бригады положение батальона было восстановлено». А с 16:00 2 декабря 64-я морская бригада начала передавать рубеж 35-й стрелковой бригаде. На следующий день она получит свою главную задачу – выбить противника из села Белый Раст.

События возле железнодорожного переезда через Рогачевское шоссе, у поселка Киово достаточно хорошо известны[64] и базируются главным образом на рассказах непосредственного участника Гайка Аваковича Шадунца, командира одного из орудий батареи. Кроме зенитчиков на рубеже оказалась также Ивашенковых с пятью детьми, которая не стала эвакуироваться и находилась буквально рядом, в землянке: «Это было добротное, основательно оборудованное сооружение. Бомбоубежище возводили для себя и своих семей рабочие 6-го дорожного участка, где мама работала уборщицей. Контора находилась в соседнем бараке», – вспоминал после войны Владимир Алексеевич Ивашенков, которому в 1941 году было 11 лет. Из четырех орудий в итоге осталось только орудие Гайка Шадунца с неполным расчетом, которое, согласно официальной версии, за период с 1 по 3 декабря подбило до 8 танков противника. Конечно, расчет не сражался в одиночку, слева от него находился 896-й артполк, который отбил атаку через рощу у деревни Букино. Маневры танков также стесняли противотанковые рвы возле шоссе. В настоящее время и Букино, и Киово входят в состав города Лобня, а часть Рогачевского шоссе переименована в Батарейную улицу, в память о бое в начале декабря 1941 года.


Схема ноябрьского наступления германских войск с пометками. (ЦАМО)


Перейти на страницу:

Похожие книги

Адмирал Ее Величества России
Адмирал Ее Величества России

Что есть величие – закономерность или случайность? Вряд ли на этот вопрос можно ответить однозначно. Но разве большинство великих судеб делает не случайный поворот? Какая-нибудь ничего не значащая встреча, мимолетная удача, без которой великий путь так бы и остался просто биографией.И все же есть судьбы, которым путь к величию, кажется, предначертан с рождения. Павел Степанович Нахимов (1802—1855) – из их числа. Конечно, у него были учителя, был великий М. П. Лазарев, под началом которого Нахимов сначала отправился в кругосветное плавание, а затем геройски сражался в битве при Наварине.Но Нахимов шел к своей славе, невзирая на подарки судьбы и ее удары. Например, когда тот же Лазарев охладел к нему и настоял на назначении на пост начальника штаба (а фактически – командующего) Черноморского флота другого, пусть и не менее достойного кандидата – Корнилова. Тогда Нахимов не просто стоически воспринял эту ситуацию, но до последней своей минуты хранил искреннее уважение к памяти Лазарева и Корнилова.Крымская война 1853—1856 гг. была последней «благородной» войной в истории человечества, «войной джентльменов». Во-первых, потому, что враги хоть и оставались врагами, но уважали друг друга. А во-вторых – это была война «идеальных» командиров. Иерархия, звания, прошлые заслуги – все это ничего не значило для Нахимова, когда речь о шла о деле. А делом всей жизни адмирала была защита Отечества…От юности, учебы в Морском корпусе, первых плаваний – до гениальной победы при Синопе и героической обороны Севастополя: о большом пути великого флотоводца рассказывают уникальные документы самого П. С. Нахимова. Дополняют их мемуары соратников Павла Степановича, воспоминания современников знаменитого российского адмирала, фрагменты трудов классиков военной истории – Е. В. Тарле, А. М. Зайончковского, М. И. Богдановича, А. А. Керсновского.Нахимов был фаталистом. Он всегда знал, что придет его время. Что, даже если понадобится сражаться с превосходящим флотом противника,– он будет сражаться и победит. Знал, что именно он должен защищать Севастополь, руководить его обороной, даже не имея поначалу соответствующих на то полномочий. А когда погиб Корнилов и положение Севастополя становилось все более тяжелым, «окружающие Нахимова стали замечать в нем твердое, безмолвное решение, смысл которого был им понятен. С каждым месяцем им становилось все яснее, что этот человек не может и не хочет пережить Севастополь».Так и вышло… В этом – высшая форма величия полководца, которую невозможно изъяснить… Перед ней можно только преклоняться…Электронная публикация материалов жизни и деятельности П. С. Нахимова включает полный текст бумажной книги и избранную часть иллюстративного документального материала. А для истинных ценителей подарочных изданий мы предлагаем классическую книгу. Как и все издания серии «Великие полководцы» книга снабжена подробными историческими и биографическими комментариями; текст сопровождают сотни иллюстраций из российских и зарубежных периодических изданий описываемого времени, с многими из которых современный читатель познакомится впервые. Прекрасная печать, оригинальное оформление, лучшая офсетная бумага – все это делает книги подарочной серии «Великие полководцы» лучшим подарком мужчине на все случаи жизни.

Павел Степанович Нахимов

Биографии и Мемуары / Военное дело / Военная история / История / Военное дело: прочее / Образование и наука
Воздушная битва за город на Неве
Воздушная битва за город на Неве

Начало войны ленинградцы, как и большинство жителей Советского Союза, встретили «мирно». Граница проходила далеко на юго-западе, от Финляндии теперь надежно защищал непроходимый Карельский перешеек, а с моря – мощный Краснознаменный Балтийский флот. Да и вообще, война, если она и могла начаться, должна была вестись на территории врага и уж точно не у стен родного города. Так обещал Сталин, так пелось в довоенных песнях, так писали газеты в июне сорок первого. Однако в действительности уже через два месяца Ленинград, неожиданно для жителей, большинство из которых даже не собирались эвакуироваться в глубь страны, стал прифронтовым городом. В начале сентября немецкие танки уже стояли на Неве. Но Гитлер не планировал брать «большевистскую твердыню» штурмом. Он принял коварное решение отрезать его от путей снабжения и уморить голодом. А потом, когда его план не осуществился, фюрер хотел заставить ленинградцев капитулировать с помощью террористических авиаударов.В книге на основе многочисленных отечественных и немецких архивных документов, воспоминаний очевидцев и других источников подробно показан ход воздушной войны в небе Ленинграда, над Ладогой, Тихвином, Кронштадтом и их окрестностями. Рапорты немецких летчиков свидетельствуют о том, как они не целясь, наугад сбрасывали бомбы на жилые кварталы. Авторы объясняют, почему германская авиация так и не смогла добиться капитуляции города и перерезать Дорогу жизни – важнейшую коммуникацию, проходившую через Ладожское озеро. И действительно ли противовоздушная оборона Ленинграда была одной из самых мощных в стране, а сталинские соколы самоотверженно защищали родное небо.

Дмитрий Владимирович Зубов , Дмитрий Михайлович Дегтев , Дмитрий Михайлович Дёгтев

Детективы / Военное дело / Военная история / История / Спецслужбы / Cпецслужбы