Читаем Москва, 1941 полностью

Танки на улице Горького. Москвичи бесстрашно перебегают дорогу между боевыми машинами.

Это утро запомнилось Ильину с точностью до минуты: «В 4 часа утра объявили подъем и после усиленного завтрака в 5 часов 30 минут в полном боевом снаряжении своим ходом мы отправились на Красную площадь.

Шел мокрый снег, в лицо дул сильный ветер, под ногами грязь, слякоть, скользко. После построения на Красной площади, в 8.00 под звуки курантов из ворот Спасской башни выехал на коне Маршал Семен Михайлович Буденный, который принял рапорт от командующего парадом генерала Артемьева, объехал построенные части и поздравил с 24-й годовщиной Великой Октябрьской социалистической революции».

Еще с вечера Иван Серов строго-настрого, вплоть до ареста, предупредил всех радистов не включать трансляцию. Но к 8 утра появился Сталин: «Несмотря на мороз, был одет в своей легкой шинелишке и в фуражке и грузинских сапогах. Заходя на Мавзолей, он повернулся ко мне и сказал: “Надо дать радио с Красной площади, снег идет, бомбить не будут”». Серову пришлось срочно переигрывать и уговаривать дежурную девушку, которая ссылалась на его же приказ о запрете, включить трансляцию. К счастью, трансляция была вовремя включена и даже проверена звонком по ВЧ в Горький и Куйбышев: «Спросил, что передают по радио. Отвечают: “Идет настройка Красной площади”. Все в порядке. Доложил. После этого Сталин начал выступление».

Агапкин: «Командующий парадом генерал Артемьев легким движением головы дал мне знак, чтобы играть сигнал “Слушайте все”. К микрофону подошел Верховный Главнокомандующий И. В. Сталин и произнес историческую речь».

Речь Сталина была небольшой, но яркой. Вначале он признал, что праздновать 24-ю годовщину Октябрьской революции приходится в тяжелых условиях. «Вероломное нападение немецких разбойников и навязанная нам война создали угрозу для нашей страны. Мы потеряли временно ряд областей, враг очутился у ворот Ленинграда и Москвы». Но отметил, что «наша армия и наш флот геройски отбивают атаки врага на протяжении всего фронта, нанося ему тяжелый урон».

Затем «Отец народов» указал, что бывали еще более тяжелые времена: «Вспомните 1918 год, когда мы праздновали первую годовщину Октябрьской революции. Три четверти нашей страны находилось тогда в руках иностранных интервентов. Украина, Кавказ, Средняя Азия, Урал, Сибирь, Дальний Восток были временно потеряны нами. У нас не было союзников, у нас не было Красной Армии, – мы ее только начали создавать, – не хватало хлеба, не хватало вооружения, не хватало обмундирования. 14 государств наседали тогда на нашу землю. Но мы не унывали, не падали духом».