Читаем Московский Кремль полностью

А более того стеснен дух мой 15000 рублев долгу, имеющемся на мне, которые я нажил не мотовстовом, ниже другим образом, кроме как усердствованием моим отечеству, набирав беднейших, и для их обучения выписывал нужные книги, покупал эстампы, редкие картины, гипсы и все, что касается до художества, в уповании, что начатое великое здание в Кремле будет продолжаться, следовательно, и должно быть иметь в прибавок Санкт-Петербургской Академии художеств оных учеников, кои быв при начале столь славного здания могли и по смерти моей продолжать оное. Но зависть все отняла у меня – как столь важное для отечества нашего здание, так и моих потомков отняла имя и я, лет восемь проработавши оны, остался без здоровья с повреждением зрения… И так… художнику, 25 лет упражнявшемуся со славой и не в одном своем отечестве, потом делавшему здесь с амбицией без всякой корысти. А наипаче оная славная закладка возобновленной древней столицы, коя в конец меня сразила, ибо напоследок заплачен ударом, и если б не подкрепила моя неповинность с представлениями моими, то едва ли были бы моей жизни остатки и на поверхности земной… И не могу понять, чем я прослужился, разве Кремлевские контрфорсы осадкой своей все у меня взяли, но об этом за три года множество делал представлений, но что же мне делать, когда не хотели того исполнять».

Большой Кремлевский дворец

Вдруг оказалось, что Кремлевский дворец Екатерина всерьез строить не собиралась. К тому же Пугачев шел по всему Заволжью, желая доказать, насколько шаток трон «Минервы Росския», близилась к концу русско-турецкая война… Работы по сооружению Большого Кремлевского дворца продолжались еще некоторое время и вдруг прекратились: в казне не было денег. Собственно, их не было и раньше; на строительство дворца Екатерина отпустила всего 120 тысяч рублей. Это небольшая сумма, особенно если вспомнить, что только модель дворца стоила 50 тысяч. Императрице важно было показать всему миру, насколько велика казна Российской империи, способной вести войну с турками и одновременно строить новый Акрополь стоимостью в 50 миллионов рублей. А когда война была окончена, работы в Кремле прекратились, и Баженов остался наедине со своей никому не нужной больше моделью, над которой трудился пять лет.

Следующая идея возникла после воцарения императора Николая I, когда еще раз была сделана попытка воплотить «православие, самодержавие, народность» в архитектурных формах. Выполнение этой задачи решили поручить архитектору К. А. Тону – автору Оружейной палаты, Николаевского вокзала и храма Христа Спасителя. Большой Кремлевский дворец, выстроенный в 1838–1849 гг. группой зодчих – Н. А. Чичаговым, П. А. Герасимовым, В. А. Бакаревым, Ф. Рихтером под руководством Тона, Ф. М. Достоевский сравнивал с огромным сундуком, поставленным на бровку Боровицкого холма. Большой дворец являлся временной резиденцией императорской семьи во время ее пребывания в Москве и стоял на месте растреллиевского дворца XVIII столетия.

Это здание двухэтажное, хотя зритель видит перед собой три яруса окон. Причина этого в том, что на втором этаже находятся залы, высота которых составляет 17,5–18 м. Для лучшего освещения этих парадных помещений и был сделан еще один ярус окон. Выступающий вперед первый этаж наверху образует открытую террасу. Арочные окна главного фасада разделены узкими простенками и создают иллюзию закрытой галереи. Облицовка цоколя выполнена из естественного татаровского камня. Окна второго этажа, украшенные резными белокаменными наличниками, расположены между пилястрами.

В центре сооружения над крышей возвышается так называемый трибун, декорированный пятью килевидными кокошниками. Трибун завершается золоченой балюстрадой. Его покрытие представляет собой четырехскатную фигурную кровлю, на скатах которой с двух сторон находятся часы в обрамлениях, украшенных орнаментом. На верху трибуна находится открытая площадка, где установлен флагшток с трехцветным флагом России. На аттике здания размещен государственный герб. Белокаменный декор дворцового фасада так и остался неизменным, и двуглавые орлы не покидали его даже в годы тотального уничтожения государственной символики дореволюционной России. Между прочим, до 1917 г. в Кремлевский дворец мог попасть любой желающий, а сейчас на такое посещение необходимо получить разрешение коменданта Кремля.

Сначала гость Кремлевского дворца попадает из парадного входа в просторный мраморный вестибюль, украшенный монолитными колоннами из сердобольского гранита. По левую сторону расположена анфилада комнат, именуемая Собственной половиной. Эти помещения предназначались для императора. Все комнаты здесь роскошно отделаны мрамором и малахитом, оформлены росписями, лепниной, статуями, фарфоровыми и бронзовыми изделиями, искусно инкрустированной резной золоченой мебелью XIX столетия.

На второй этаж из вестибюля попадают по широкой парадной лестнице, созданной из ревельского камня. Стены здесь исполнены из искусственного мрамора.