Раздел «Мне нужно пойти и посмотреть» (Два посольства) передает непосредственные впечатления Герберштейна от поездок по Московии и о пребывании в городе Москве. Комментарии преимущественно посвящены русскому быту, здесь рассказано, что люди ели-пили, на чем ездили, что покупали-продавали, как себя вели в разной обстановке.

Русская жизнь XVI века в описании Герберштейна похожа на мозаику. Таковы и комментарии, в которых невозможно выдержать строго хронологический или тематический порядок, к нему можно только стремиться. В работе над комментариями составитель смотрел на время Герберштейна с историко-культурной и культурологической точки зрения, обращая особое внимание на непростой характер взаимного восприятия быта, нравов, обычаев, верований жителями Московии и их западными соседями.

В комментариях широко используются записки иностранцев, старших и младших современников Герберштейна, бывавших в Московии или получивших о ней сведения из верных рук, часто полемичные, но всегда оттеняющие «Московии».

МОСКОВИЯ СИГИЗМУНДА, ВОЛЬНОГО БАРОНА^{1} В ГЕРБЕРШТЕЙНЕ, НОЙПЕРГЕ И ГУТЕНХАГЕ^{2}

Весьма краткое описание Руссии и Московии^{3}, которая ныне состоит ее столицею.

Сверх того, хорография^{4} всей вообще Московитской державы с упоминанием о некоторых ее соседях.

Включены также различные сведения о ее религии и о том, что не согласуется с нашей религией.

Наконец, разъясняется, какой там существует способ приема послов и обхождения с ними.

С присовокуплением описания двух путешествий в Москву^{5}.

Титульный лист издания «Известий о делах Московитских», Вена, 1549 г.

НЕ РАЗ БЫВАЛ В ПУТЕШЕСТВИЯХ[5]

Предисловие Сигизмунда Герберштейна[6]

ПОСВЯЩЕНИЕ

Светлейшему государю и господину, господину Фердинанду^{6}, королю римскому, венгерскому и чешскому и прочая, инфанту Испании, эрцгерцогу австрийскому, герцогу бургундскому и вюртембергскому и многих областей герцогу, маркграфу, графу и господину, господину моему всемилостивейшему^{7}.

После того как много говорилось и писалось о полночных странах мира, особенно о горах и истоках знаменитых рек, равно как и об обычаях и образе жизни народов; после того как, далее, от блаженной памяти императора Максимилиана^{8} было отправлено не одно посольство к великому князю в Москву, которые сообщали о том много необычайного и даже кое-что совсем невероятное, случилось так, что и мне было поручено отправиться послом в те страны: в Польшу и Литву к королю Зигмунду^{9} и в Москву к великому князю Василию^{10}. Господин Матвей Ланг^{11}, кардинал зальцбургский, человек весьма известный, опытный и почтенный, со всей серьезностью убеждал и увещал меня запоминать тамошние события, что я и делал с усердием, как памятуя о его советах, так и сам по себе, и записывал все настолько хорошо, как только мог. По моем возвращении упомянутый господин кардинал при мне просил императора не выслушивать меня о моем деле иначе, как только в его присутствии; так и было сделано.

Но после кончины императора Максимилиана я был еще раз отправлен в те края нынешним римским королем и моим всемилостивейшим господином Фердинандом, причем мне было особо поручено и наказано вместе с послом Его императорского величества графом Леонардом Нугарола^{12} разузнать религиозные обряды и прочие нравы и обычаи народа. Посему я снова расспрашивал и разузнавал о том, что записывал раньше, и то, что было многократно подтверждаемо многими свидетелями, принимал за достоверное. Поскольку после моего доклада о посольстве и моих рассказов я узнал, что они были благосклонно и милостиво восприняты Его императорским величеством и проч, и господином кардиналом, я посвятил эти написанные по-латыни заметки нынешнему высокочтимому римскому королевскому величеству и проч, и предал их печати, снискав похвалы многих ученых. Вскоре они были переведены на итальянский язык и тоже напечатаны, латинский же текст, кое в чем расширенный и улучшенный мной, был еще дважды напечатан в Базеле и в большом количестве продан на Франкфуртской ярмарке, то есть на общем базаре, так что во многих местах их ищут и не могут достать^{13}. По этой причине и по просьбам некоторых своих друзей я решил перевести их на немецкий язык для простых немцев, не сведущих в латыни, но имеющих желание основательно познакомиться с этим предметом.

«Мне помогало знание латыни»:

Герберштейн в аудитории Венского университета

Гравюра из издания «Известий о делах Московитских», Вена, 1557 г.