Читаем Московия полностью

В тот год, когда мы были в Москве, он нанес московитам поражение при помощи необыкновенной уловки. Эта история, мне кажется, достойна того, чтобы привести ее здесь. Он провел в Московию неких татар, одетых в литовское платье, будучи уверен, что московиты без страха нападут на них, приняв за литовцев. Сам же он устроил засаду в удобном месте, поджидая мести московитов. Опустошив часть Северской области, татары направляются к Литве. Когда до московитов дошло, что те свернули и двинулись к Литве, то они подумали, что это литовцы, и вскоре, горя жаждой мщения, стремительно вторглись в Литву. Когда, повоевав ее, они возвращались обремененные добычей, Евстахий, выйдя из засады, окружил их и перебил всех до единого. Узнав об этом, московит отправил послов к польскому королю с жалобой на нанесенную ему, несмотря на перемирие, обиду. Король ответил им, что его подданные не наносили обиды, а, напротив, мстили за обиду. Таким образом, московит, дважды осмеянный, вынужден был снести и ущерб, и бесчестье.

Ниже русских Черкасс нет никаких христианских поселений. При устье Борисфена, в сорока милях от Черкасс, на берегу, ближнем к Валахии, находится крепость и город Очаков, которым владел царь Тавриды, отняв его не так давно у польского короля.

Ныне им владеют турки. От Очакова до Альбы, старое название которой Монкастро, близ устья Тираса, четырнадцать миль. Ею тоже владеют турки. От Очакова до Перекопа четырнадцать миль. От Черкасс, что около Борисфена, до Перекопа сорок миль. На семь миль выше Черкасс по Борисфену встретим город Канев, в восемнадцати милях от которого выше по реке находится Киев, древняя столица Руссии.

Великолепие и подлинно царственное величие этого города явны в его развалинах и руинах его памятников. И поныне еще на соседних горах видны остатки заброшенных храмов и монастырей, а кроме того, множество пещер и в них очень древние гробницы с телами, не тронутыми тлением. От людей, достойных доверия, я слышал, будто девочки там редко сохраняют целомудрие после семилетнего возраста. Причины тому приводились разные, но ни одна из них меня не удовлетворяет; купцам позволяется злоупотреблять девушками, но отнюдь нельзя увозить их. Если кто будет уличен в увозе девушки, то лишается и жизни, и имущества, разве что его спасет милосердие государя. Там существует также закон, по которому имущество иноземных купцов, если им случится там умереть, переходит к королю или к его наместнику; то же соблюдается у татар и турок по отношению к умершим у них киевлянам. Близ Киева есть одна горка, через которую для купцов проложена не совсем удобная дорога. Если при подъеме по ней сломается какая-нибудь часть повозки, то имущество, которое было на повозке, отбирается в казну. Все это мне рассказывал Альберт Гаштольд, воевода виленский, наместник короля в Литве.

В тридцати милях от Киева вверх по Борисфену встретим Мозырь на реке Припяти, впадающей в Борисфен в двенадцати милях выше Киева. В Припять вливается рыбная река Тур. От Мозыря же до Бобруйска тридцать миль. Поднимаясь далее, через двадцать пять миль прибудем в Могилев, на шесть миль от которого еще выше отстоит Орша.

Названные города по Борисфену, расположенные все на его западном берегу, подвластны королю польскому, лежащие же на восточном берегу подчиняются государю московскому, кроме Дубровно и Мстислав-ля, состоящих во владении Литвы. Переправившись через Борисфен, через четыре мили попадем в Дубров-но, а через двадцать миль оттуда — в Смоленск. Из Орши наш путь лежал в Смоленск, а затем прямо в Москву.

Город Борисов отстоит на двадцать две мили от Орши на запад; мимо него протекает река Березина, которая впадает в Борисфен ниже Бобруйска. По моей оценке на глаз, Березина несколько шире Борисфена у Смоленска. Я положительно думаю, что эту Березину древние считали Борисфеном, на что, мне кажется, указывает и самое созвучие их названий. Более того, если мы всмотримся в описание Птоломея, то оно гораздо более подойдет к истокам Березины, чем Борисфена, называемого Днепром.