Читаем Москит (том I) полностью

И всё бы ничего, только Альберт Павлович не появился ни в восемь, ни в половине девятого. Его автомобиль подкатил с опозданием в сорок пять минут, когда уже понемногу начало смеркаться, ещё и до Новинска ехать нам предстояло в гордом одиночестве, а не в составе автоколонны. Меня это обстоятельство, так скажем, не воодушевило.

— Вы серьёзно? — воззрился я на куратора. — У нас тут стреляют вообще-то!

— У вас тут стреляли, — с невозмутимым видом поправил меня Альберт Павлович. — В последнее время оперативная обстановка стала спокойней, обходится без эксцессов.

Эти слова меня нисколько не убедили.

— Можем нарваться.

— Риск вполне оправдан. Садись!

Деваться было некуда, я кинул мешок назад и устроился на пассажирском сиденье, а стоило только отъехать от контрольно-пропускного пункта и покатить по трассе в сторону Новинска, погрузился в лёгкий транс, принялся играть параметрами заземления, то усиливая его, то до предела ослабляя, пока не поймал состояние, которое позволяло контролировать обстановку на расстояние в добрую сотню метров.

После ограничил восприятие узким сектором, захватывавшим дорогу и обе обочины, что дало возможность ещё сильнее увеличить дистанцию уверенного обнаружения операторов. О простых людях тоже не забывал, время от времени направлял вперёд короткий импульс сверхсилы. Под конец поездки взмок, но это были сущие пустяки по сравнению с теми неприятностями, в которые могли влипнуть, проворонив засаду.

А вот Альберту Павловичу — хоть бы хны. Так всю дорогу и крутил баранку с безмятежной улыбкой, словно бы прилипшей к его округлому лицу.

Фомы Коромысло на него нет!

Но как бы то ни было, доставил меня в Новинск куратор в целости и сохранности, высадил у дома, наказал быть завтра на футболе без опозданий да и укатил прочь. Я вытянул за цепочку карманные часы, взглянул на них и от визита к Лии отказался. Пока вещи разберу и душ приму, пока до студгородка добегу — уже одиннадцатый час будет. Да и к себе не позвать — окно кухни светится, явно Миша с Миленой чаёвничают.

Вот тоже странно: Лия так легко о свободных отношениях рассуждает, а когда сосед дома, никогда на ночь не остаётся.

Ладно, чего уж теперь? Надо завтра с ней обязательно увидеться, а то непонятно, насколько их дурацкая практика затянется. Вот ведь Герасим удружил, так удружил. А ещё Альберт Павлович со своим футболом пристал как банный лист!

Я испытал внезапный приступ раздражения и даже злости решительно на всех, оно и немудрено — очень уж насыщенной выдалась неделя, устал невероятно. Мне бы в кровать завалиться, а там хоть трава не расти.

Так и поступил, даже вечерять не стал.

Утром встал ни свет ни заря по сигналу позаимствованного у Миши Поповича будильника. Пиджак оставил висеть в шкафу, ограничился рубахой с коротким рукавом, льняными брюками, лёгкими парусиновыми туфлями и непременной кепкой. Обошёлся без завтрака, первым делом заглянул в ближайшую парикмахерскую и постригся под бокс да ещё побрился, оттуда поспешил в студгородок. Лию застал в общежитии, но толком поговорить не вышло: и самого время поджимало, и она сборы к завтрашнему выезду затеяла, а Инга ей усиленно помогала, в связи с чем барышни только при мне два раза поругаться успели.

Мы условились встретиться во второй половине дня, и я рванул на городской стадион, благо заранее выяснил, что до него от студгородка можно напрямую добраться на трамвае третьего маршрута. Не ближний свет — спортивное сооружение располагалось на границе центра и западных кварталов Новинска, прежде бывать в той округе не доводилось.

Но не заплутал, просто пошёл вслед за компанией молодых людей, которые, несмотря на неоднократные требования кондуктора не нарушать общественный порядок, всю дорогу от института горланили спортивные речовки. Народу на улице оказалось с избытком, преимущественно все двигались в одном направлении, так что не заблудился. Прошёл два квартала и сначала услышал музыку, а после вывернул к футбольному стадиону, неподалёку от центральных ворот которого играл духовой оркестр.

Здесь же стояло несколько палаток с мороженым и прохладительными напитками, а вдоль края площади тянулись два навеса, под которыми разместили длинные столы. Меж стекавшихся ко входу на стадион болельщиков бродили лоточники с папиросами и немудрёной снедью, а ещё тут наблюдался явный переизбыток стражей порядка.

Я заметил легковой вездеход и фургон с эмблемами ОНКОР, ещё среди толпы мелькали белые кители и фуражки постовых. Давненько уже не видел, чтобы мои бывшие коллеги работали рука об руку с сотрудниками полицейского управления, а тут — получите и распишитесь.

Попасть на стадион торопились далеко не все: у рюмочных, коих в соседних домах размещалось не одна и не две, толпились разношёрстные компании болельщиков с пивными кружками в руках. И каково же было моё удивление, когда у арки с вывеской «11 метров» я углядел Альберта Павловича в летнем пиджачке, сорочке с расстёгнутым воротом и легкомысленно сдвинутой на затылок кепке!

Вот это номер!