Тётя Юля начала поднимать парус. Медленно и неохотно, но твёрдо и уверенно. Будто в ней боролись два человека: один говорил, что пора уже уходить, а другой всё не хотел расставаться с последней надеждой.

– Мне понадобится твоя помощь, – глухо сказала тётя Юля, когда парус был поднят наполовину. – Когда я буду говорить «Поворот!», ты пригибаешься, чтобы не получить по голове гиком, – тётя Юля указала на горизонтальную палку, отходящую от мачты, – Достаёшь ноги из-под стропы, переходишь на другой борт и опять засовываешь ноги под стропу. Держись только за ванты. Сможешь?

– Смогу, – ответила Вера, всё ещё продолжая дрожать.

– Мы уже идём к берегу. Тут недалеко. Потерпи немного. Там мы тебя обязательно отогреем.

Глава 4

Вера сидела в уютной светлой гостиной в мягком обволакивающем кресле, по самый нос завернувшись в одеяло и с полотенцем на голове. Из всего этого объёмного белого клубка торчали только руки с дымящейся чашкой чая. На журнальном столике перед ней лежала ложка. Та самая маленькая ложка с парусником на ручке, которой она когда-то пыталась выудить кораблик из чашки.

С тех пор прошло всего несколько часов, а Вере казалось, что это было когда-то давным-давно и, быть может, даже не с ней? Но ложка была, и нашла она её у себя в кармане шорт, совершенно не представляя, когда она могла успеть её туда сунуть посреди шторма.

На диване напротив сидела грустная и задумчивая тетя Юля, обнимая и прижимая к себе двух таких же грустных девочек лет семи. Девочки зарылись опухшими от слёз личиками в её подмышки и лишь изредка выглядывали оттуда и бросали недоверчивые взгляды на Веру.

Вере было тепло и хорошо. Немного удивительно, но совсем не страшно. Она и сама не могла понять, почему ей не страшно в чужом доме с чужими людьми, да ещё и непонятно где. Но эта мысль всего лишь добавляла ещё одну «монетку» в её «копилку» удивления, не более того.

Попивая горячий чай с ароматом и вкусом малины, Вера переводила взгляд с ложки на тётю Юлю и обратно. Иногда ей казалось, что тётя Юля тоже внимательно смотрит на ложку, и в эти мгновения по тётиному лицу пробегает лёгкая улыбка, но тут же исчезает под грузом невыносимого горя.

Вера допила чай и опустила руки к коленям. Тётя Юля встрепенулась и внимательно посмотрела на неё.

– Ну что, девчонки, идёмте-ка все спать. А завтра поговорим, на свежую голову.

– Мама! Мама! – завопили в один голос сестрички, – Мы хотим сегодня спать с тобой.

– Хорошо. Но тогда я постелю Вере в вашей комнате. Согласны?

Девочки нахмурились и опять недоверчиво посмотрели на Веру:

– Пусть только она не трогает мои игрушки! – сказала одна.

– И мои книжки! – быстро ответила другая.

– Не буду, – зевая ответила Вера.

На том и порешили. Вскоре Вера уже лежала в тёплой кровати, на мягкой подушке и тихо посапывала во сне под большим пуховым одеялом.

Глава 5

Вера открыла глаза и увидела незнакомый голубой ковёр на полу комнаты. Она перевернулась на спину и уставилась вверх на непонятную деревянную панель вместо белого потолка, и… тут она всё вспомнила! И про чашку, и про шторм, и про тётю Юлю, и про маму, которой ей очень не хватало вчера весь вечер, и про папу, который скоро вернётся из командировки, а Веры нет дома… Она лежала и думала, что теперь и не понятно, увидит ли она когда-нибудь их ещё раз…

Слезы потекли по щекам и закапали на подушку. Вера свернулась калачиком и хотела накрыться одеялом с головой, но услышала приглушенные голоса и звон тарелок, доносившиеся из-за двери, и с ужасом поняла, что рано или поздно ей придётся выйти за дверь и как-то объяснить своё появление на яхте. А кто поверит в то, что она свалилась с неба из чашки?!

Вера вытерла слёзы об подушку. Она всё лежала и пыталась придумать правдоподобную историю, но ничего не придумывалось, а в животе заурчало и очень захотелось пить. Пришлось вставать.

«Надеюсь, они меня не выгонят из дома, если я расскажу правду, – всё переживала Вера, застилая кровать. – Ведь идти-то мне больше некуда…»

Странная деревянная панель оказалась дном верхней кровати, и Вера даже немного улыбнулась, вспоминая, что всегда хотела поспать на настоящей двухэтажной кровати.

На стуле, возле одного из письменных столов, Вера нашла свои сухие вещи, а на столе – ложку. Она быстро переоделась, сунула ложку в карман кофты и застегнула его на змейку. Ведь это была её единственная память о доме – не хотелось случайно потерять!

Вера подошла к приоткрытому окну – из-за него незнакомо пахло и веяло утренней прохладой. Под самым окном росла жёлтая трава, а за ней начинался широкий песчаный пляж и… море! Бескрайнее море!

Вера никогда раньше не была на море (не считая вчерашнего случая), но читала, что на море должно пахнуть солью и водорослями.

«Вот оно, значит, как пахнет море! – удивлённо думала Вера, засунув нос в щёлку приоткрытого окна и вдыхая морской воздух. – Совсем не так, как соль на кухне…»

В дверь постучали. Вера вздрогнула и, повесив голову, пошла открывать.

За дверью оказалась улыбающаяся тётя Юля.