Читаем Морпехи полностью

Мое счастье было недолгим. В записке на моем столе говорилось о том, что старший орудийный сержант присоединится к моему взводу в конце недели. Я понимал последствия этого события. Мне придется понизить штаб-сержанта Кита с должности заместителя командира взвода до командиров минометной секции. Я пулей влетел в кабинет капитана Уитмера, но он только покачал головой. Вне зоны его командования. Я попытался поговорить с первым сержантом, он был ответственным за кадровые перестановки во взводе. Тот же ответ. Бюрократическая машина. Более опытные морские пехотинцы были очень хорошо с ней знакомы, и чтобы добиться своего, нужно было потратить кучу времени и сил.

Это задевало. Зачем портить отношения с хорошим взводом прямо перед его передислокацией? Почему мнение командира взвода или даже командира роты не берется в расчет? Мы очень сильно сблизились с Китом. Вместе мы делали хорошую работу. Я позвал его в офис, ожидая чего угодно, даже драки в качестве реакции на новость.

Но все-таки я плохо его знал. В конце нашего разговора штаб-сержант начал меня утешать, убеждая, что новый заместитель командира взвода хороший чувак. Кит сказал, что ему нравится работать с минометами, пусть даже у них низкий показатель ТНЭВ.

Я попался на крючок. «Что значит ТНЭВ?» «Телки На Это Ведутся, сэр. Член футбольной команды — высокий ТНЭВ. Член шахматного клуба — низкий ТНЭВ. Заместитель командира взвода — высокий ТНЭВ. Командир минометной секции — низкий ТНЭВ. И не имеет значения, что минометы обладают самой высокой огневой мощью. Жизнь несправедлива. Вам разве не говорили об этом в колледже?

Чувствуя себя актером на съемочной площадке, я стоял в форме цвета хаки у перил корабля. На пристани, далеко вдали, толпа людей ликовала и размахивала американскими флагами, а нас в это время буксировали к причалу. Легкий бриз покрывал рябью воду Сан-Диего Бэй. Ровно в 10 утра, 13 августа 2001 года, корабль ВМС США «Дубьюк» скользил под длинным мостом Сан-Диего — Коронадо, плывя из Пойнт-Лома в открытый Тихий океан. На полетной палубе морские пехотинцы и матросы выстраивались в шеренгу вдоль перил: руки сомкнуты за спиной, глаза устремлены вперед. Безмолвная тишина, ветер и мы, впитывающие в себя пейзаж линии горизонта города и пляжей Калифорнии.

«Дубьюк» и два других корабля ВМС США «Пелелиу» и «Комсток» составляли дежурную группу Десантно-высадочных средств (ДВС). Три корабля ДВС везли на своем борту Пятнадцатый экспедиционный отряд МП. В экспедиционном отряде МП числились две тысячи морских пехотинцев, включая наш пехотный батальон, эскадрилью вертолетов, получивших в качестве подкрепления четыре реактивных самолета, а также части материального обеспечения. В следующие шесть месяцев мы для половины мира будем американским «боеготовым подразделением».

В то время как я у перил любовался берегом, становящимся все более туманным и серым, ко мне подошел штаб-сержант:

— Мои поздравления, сэр. Для вас это первый шаг на пути к превращению в такого бывалого воина, как лейтенант Хэдселл.

— Прежде чем почувствовать себя опытным воином, мне придется высадиться на берегу некоторых зарубежных стран, — ответил я, но его мыслям не улыбнуться не мог. — Предскажешь что-нибудь этой колымаге?

Он нагнулся к перилам, вытянув руки над водой, на секунду озорство покинуло его глаза:

— Ну, я слышал, как пехотинец из пятнадцатого говорил кое-что стоящее. Мы только вернулись домой спустя месяцы, проведенные в пустыне, после того как Саддам, в 98-м, вышвырнул инспекторов ООН. Пропустили кучу дней рождений, юбилеев, рождений детей и так далее. Морские пехотинцы были раздосадованы своим бездельем. А один из них ответил: «Никогда не сожалейте об отсутствии настоящих операций. Сейчас у вас бесценные воспоминания и нет рядом духов».

«Дубьюк» находится в строю с 1967 года, служил еще у побережья Вьетнама. Длиной в пятьсот шестьдесят девять футов, водоизмещением в шестнадцать тысяч тонн, корабль вез на своем борту четыреста человек членов экипажа и пять сотен морских пехотинцев со скоростью около пятнадцати узлов. Пятиярусная надстройка занимала переднюю треть судна, полетная палуба — остальные две трети, и она доходила практически до кормы. Ниже располагалась отличительная особенность «Дубьюка» — колодезная палуба, что-то типа гаража для лодок. Вход в колодезную палубу обеспечивала гигантская створка реверса тяги на корме. В соответствии с иерархией ВМФ принятые на военную службу морские пехотинцы и матросы жили за корабельной палубой, в катакомбах с тесными коридорами, напичканными пароподводящими трубами и электрическими проводами. Офицеры флота и морской пехоты жили в каютах на верхних палубах.