Читаем Морок над Архемом (СИ) полностью

Так давно, они были вместе так давно, что разошлись материки, появились новые горы и моря изменили свое положение. И будут вместе и после того, как мир и вселенная будут уничтожены.

Джим выгнулся в его руках. Леонард увидел, как сменяют цвет его глаза, и кончил, на несколько мгновений совершенно ослепнув.

Он очнулся на чертовом алтаре. Джим, на которого он почти рухнул, оглаживал его спину.

— Боунс, ты тяжелый, — ласково прошептал Джим.

— Джимми? — Леонард поспешно приподнялся.

— А? — изумленно спросил Кирк, слегка повернув голову. — Какого хера мы здесь?

— Это охренительно долгая история, — Маккой заметил Павла, протягивающего им одежду.

— О, — дошло до Джима, судя по восхищенно покрасневшему Павлу, — у нас был публичный секс. Вот дьявол, раз началось такое веселье… можно мне двух близняшек-стриптизерш?

— Нет, нельзя, — фыркнул Боунс, поднимаясь и поспешно одеваясь. Не то чтобы они с Джимом успели сильно раздеться, но да.

— Итак, — Павел улыбнулся. — Теперь Великая и Спящий вместе…

— Да, — ответил Маккой. — И что мне делать с этим? — он поднял руку, указывая на браслет.

— Ты — глава культа и аватар Спящего.

Маккой поежился, не зная, как реагировать на такое.

— Прекрасно, — отозвался он. — Титул можно передать?

Чехов пожал плечами.

— Обычно нет, разве что переизбрание. Но тебя выбрал лично Ктулху. Никто не захочет создавать прецедент, твой Бог слишком мстительный. И мнительный.

— Че-е-ерт, — Боунс вздохнул и протянул Джиму руку. — Как ты, хороший мой?

— Мне все в кайф, — рассмеялся Джим, принимая руку Маккоя и спрыгивая с алтаря. — О! У меня новое кольцо. Чье?

— Ваше, — снова посмотрел на Джима влюбленными глазами Чехов.

— Наше. Ага… — Джим непонимающе взглянул на Боунса. — Ты мне объяснишь все?

— Даже не знаю, как, — вздохнул Маккой.

— Это все неважно, — влез Чехов. — Теперь все разногласия устранены, и в городе надолго воцарится мир, если я правильно понимаю Госпожу.

— И то хорошо, — Джим вздохнул. — Можно мне домой? Я хочу полежать и выспаться.

— Разумеется, — Чехов бросился к Джиму и замер, оборвав себя на середине движения, споткнувшись о взгляд Маккоя. Боунс мягко приобнял Джима и вывел его из Храма.

— Странно себя чувствую, — пожаловался Джим, гладя руку Боунса.

— Я тоже. Как будто мою тушку попользовали, — нахмурился Маккой. — И хочу спать. С тобой. И не смей больше никуда уходить.

— Ну, у тебя же еще остались наручники? — многозначительно намекнул Джим.

— Конечно! — рассмеялся Боунс. — Конечно…

***

Следующие несколько месяцев были правильным представлением о жизни в глуши. Маккой с Павлом закончили отчёты, Трей получил условный срок в силу преклонного возраста. Особенно Маккоя почему-то веселили их с Джефферсоном пререкания в стиле «Старый ты хрыч, иди, блядь, сюда, меня посадят!». Впрочем, особой печали касательно своей судьбы ни Трей ни Джефферсон не испытывали.

И, кажется, были счастливы.

Декабрь обнял Архем влажными ветрами и пронзительным холодом. Джим старался не высовываться лишний раз на улицу. Боунс же умилялся тому, что тот мерзнет даже в двух свитерах, и настойчиво рекомендовал Джиму научиться вязать. Джим посылал его в эротические дали, но на днях, хитро улыбаясь, покинул ему на кровать неумело связанный комбинезон как раз для грудничка.

— Джим! — его вопль должны были услышать и за горизонтом. — Какого хрена! Я боюсь детей! И их одежды!

Джим паскудно хихикал откуда-то из гостиной.

— Джим? — Леонард нашел его завернувшимся в плед у камина.

— А? — Кирк поднял на него взгляд, и Маккой понял, что тот явно хочет что-то попросить, и у него не будет никакого шанса отказаться от затеи. — Я хочу ребёнка, — тихонько произнёс Джим.

Маккой поморщился и проникновенно ответил:

— Прости, но я никак не могу родить тебе ребенка, Джим!

— Можно усыновить? — предложил Кирк.

— Джим, сразу видно, что ты не работаешь в законодательной и юридической сфере, — печально вздохнул Боунс. — Это такая прорва документов, и к тому же нам всегда могут отказать, потому, что мы с тобой однополая пара.

— В этом городе нам не откажут, — намекающе тяжело отозвался Джим.

— Тут детей нет, — тоскливо признался Маккой. — Тебе что, мало меня?

— Нет! — испуганно охнул Кирк и поспешно встал, обнимая Боунса. — Я тебя люблю, просто подумал — здорово было бы растить ребёнка вместе…

— Я знаю, что ты меня уговоришь, — грустно ответил Маккой. — Поэтому и сопротивляюсь… Давай Чехова усыновим?

— Он большой! И культист! И я хочу девочку! — возмутился Джим. — И потом, — ехидно улыбнувшись, Кирк добавил: — Если мы его усыновим, с ним нельзя будет спать!

— С ним и так нельзя! — рявкнул Маккой.

— Вот, у меня появится ребенок, и я не буду думать обо всякой фигне? — мило ушел от ответа Джим.

— Уломал, — сдался Боунс, тяжело вздыхая.

— Ага, тогда какого возраста берем?

— Маленького, — Джим улыбнулся, — совсем малыша.

— Ясно, — Маккой мысленно уже смирялся с бесконечным ором и визгом. — Учти, я ему обязательно скажу, что это ты его рожал!

— Хорошо, — Джим потянул его за руки в сторону спальни. — Идем…

— Ты еще скажи, что у тебя овуляция и нам срочно нужно заняться сексом, — фыркнул Маккой.