А сторож так и не решился войти внутрь. Он не видел человека, но молчание было угрожающим, и наконец сторож замолчал и даже сделал шаг назад, потому что ему показалось, что человек в подвале подкрался к выходу.

А старик еще раз ударил ножом, нож скрипнул и сломался. Опустив пальцы в ямку, старик нащупал гладкий, округлый кусочек металла и ощутил внутреннюю теплоту настоящей драгоценности. Наверно, это было кольцо или перстень… Снаружи быстро застучали шаги, и старик догадался, что сторож побежал к себе, то ли за ружьем, то ли позвонить в милицию. И с некоторым удивлением старик подумал, что на этот раз жадность его спасла, потому что заставила не двигаться с места, пока нервы сторожа не сдадут.

6

Шаги старика были иными, чем всегда. Ольга Герасимовна сразу это поняла. Они потеряли четкость и равномерность. Старик возник перед киоском, и Ольга Герасимовна посмотрела на него тревожно, решила, что болен. Но старик был пьян.

— Мое почтение, — сказал старик. Он никогда раньше не говорил этих слов, они с ним не вязались. Ему больше шло корректное «здравствуйте».

Ольга Герасимовна удивилась. Шляпа старика сдвинулась на ухо, и черное пальто было расстегнуто. Ольга Герасимовна уже сложила для себя образ старика. И по этому образу старик был непьющим. Он должен был презирать спиртные напитки.

— Не обращайте внимания, — сказал старик. — Не обращайте внимания, потому что я достиг больших успехов.

— Поздравляю, — сказала сухо Ольга Герасимовна, глядя поверх старика.

— А ведь в самом деле, — сказал старик. — В самом деле.

— Новые журналы поступили, — сказала Ольга Герасимовна. — Хотите посмотреть?

— Зачем смотреть? — сказал старик. — Я покупаю.

Ольга Герасимовна аккуратно выложила перед ним на прилавок «Советский экран» и «Здоровье», а старик вынул из кармана пять рублей и кинул ей. Ольга Герасимовна вдруг испугалась, что он скажет «сдачи не надо», что было бы полным крушением сердечных отношений, существовавших между ними ранее.

Но старик не сказал. Он заметил, что взгляд Ольги Герасимовны задержался на массивном золотом перстне, старинном, с печаткой, изображающей какой-то герб.

— Принадлежит мне, — сказал старик. — Лично мне принадлежащая ценность.

Ольга Герасимовна отсчитала сдачу и, чтобы старик не успел сказать «сдачи не надо», спросила его:

— Это очень старинное?

— Еще не определял, но подозреваю.

Он задумался, и вдруг его повело вбок, так что он еле успел вцепиться пальцами в край прилавка.

— Фактически, — сказал он, — я нахожусь в загуле. Что для меня непривычно, хотя имеет оправдание. И все ее подозрения беспочвенны. Понимаете?

Старик подмигнул Ольге Герасимовне, но она не знала, что старик имеет в виду Аллу из городского музея, хотя послушно кивнула. Ольге Герасимовне хотелось сказать старику, чтобы он шел домой.

— Вот это, — сказал старик и поднял руку с перстнем, — плоды моей научной работы.

Ольга Герасимовна поняла, что перстень старику мал. Он был с трудом надет на мизинец.

— Если желаете, — сказал старик, — могу вам подарить. К вашим чудесным пальчикам это украшение пойдет. А вы как думаете?

— Перестаньте, прошу вас, — сказала Ольга Герасимовна. — Вы ведете себя так странно…

— И неестественно, — сказал старик. — Правильно. Потому что мне долгие недели не везло. А теперь повезло. И будет везти всегда. У вас отдельная квартира?

— Я живу с сестрой, — сказала Ольга Герасимовна.

— Вы еще не старая, — сказал старик.

Ольга Герасимовна промолчала.

— Не старая, повторяю. А люди тянутся друг к другу. Особенно если я могу вас обеспечить.

— Как вам не стыдно!

— А ничего особенного. Вы придете ко мне пить чай? Я куплю торт.

— Нет, спасибо, — сказала Ольга Герасимовна. — Я не приду к вам.

— Придете, — сказал старик. — Не сегодня, так завтра. Я вам вот что покажу, — сказал он и вынул из внутреннего кармана пальто аппарат.

Ольга Герасимовна увидела коробочку, похожую на транзисторный приемник.

— Я с этой штукой, которую лично изобрел, за один вчерашний вечер вот что заработал.

Перстень описал дугу перед лицом Ольги Герасимовны. Она отвернулась.

— Стыдитесь? — спросил старик. — А ложно.

7

Старик лгал, но сам не замечал этого. Никакого аппарата он не изобретал. Лишь недавно догадался о его пользе, но возможности машинки так потрясли старика, что он поставил ее выше, чем само изобретение.

Аппарат лежал больше года вместе с вещами сына, и старик знал о нем, даже был знаком с принципом. Аппарат, как объяснял сын, был нужен геологам для поисков металлов и всяких полезных ископаемых. Это был молекулярный приемник. Если поставить его на индекс того вещества, которое следовало найти, он определял, есть ли поблизости вещество с такой же молекулярной структурой, и давал сигнал лампочкой. А потом можно было определить, далеко ли вещество и даже сколько его.