Читаем Монтесума полностью

Флотилия покидает Кубу 18 апреля 1518 года, держа курс на Юкатан. Находясь недалеко от берега Юкатана, они повернули на юг и через некоторое время открыли остров Косумель. После краткой остановки они повернули обратно на север и обогнули полуостров гак, как это сделал в свое время Кордова. В Кампече индейцы дали им возможность запастись водой и предложили провизию и немного золота, в частности — маску из золоченого дерева, но в то же время настаивают на том, чтобы пришельцы покинули их землю. На следующий день они появляются в большом числе и вооруженные. Грихальва пытается им объяснить, что он со своими людьми задержится у них не больше одного дня. На заре следующего дня майя возобновляют попытку выдворить непрошеных гостей. Они ставят на землю кадильницу и объявляют испанцам ультимативное требование собраться и уйти до того, как догорит фимиам. По истечении объявленного срока на испанцев обрушивается град стрел. Грихальва делает знак своей артиллерии. В результате первого залпа индейцы теряют троих убитыми; многих поражают стрелы, выпущенные из испанских арбалетов. Индейцы отступают. Испанцы преследуют их, но увлекшись, они разделяются: одни бегут за знаменем, другие за своим командиром. Майя сразу же реагируют на изменение ситуации, убив одного испанца и ранив сорок. Благодаря своей артиллерии испанцы выпутываются из опасного положения и возвращаются в свой лагерь. Вечером индейцы предлагают им мир, но они погружаются на свой корабль и поднимают паруса.

При подходе к Чампотону, корабль оказывается окруженным со всех сторон лодками с сидящими в них враждебно настроенными индейцами. Однако двух пушечных выстрелов оказывается достаточно для того, чтобы внушить им необходимую осторожность. Флотилия продолжает свой путь к Чампотону, жители которого недоумевают по поводу громоподобного грохота на берегу. Согласно официальному отчету, испанцы не останавливаются, наученные печальным опытом Кордовы. Гомара, правда, говорит о вынужденной краткой остановке, сделанной ради пополнения запасов воды. Завязывается бой, в котором погибает некий Хуан де Гегария и ранены полсотни испанцев, не считая того, что сам Грихальва теряет в этом бою полтора зуба.

Берналь Диас в своем повествовании следует за Гомарой, но делает свои дополнения и поправки. Кроме Гетарии еще два оставшихся неизвестными испанца погибают в этом бою, а число раненых достигает шестидесяти; Грихальва теряет два зуба, а двести индейцев расстаются с жизнью. В действительности, дело представляется так, что в Чамнотоне возникла небольшая стычка, которая не принесла больших потерь ни одной, ни другой стороне. Но эта стычка произошла уже при возвращении экспедиции, и Гомара допускает путаницу, повторяемую Берналем Диасом, который в качестве очевидца пытается поправить неточности, допущенные капелланом Кортеса!

НА ГРАНИЦАХ ИМПЕРИИ

Корабль плывет вдоль берега на юго-запад. Затем Грихальва решает сделать остановку у восточного устья лагуны, которая впоследствии получила название^ Терминос. Остановка, связанная с ремонтом судна, длится двенадцать дней. То место, где был разбит лагерь, получило название Пуэрто-Десеадо. Потом путешествие возобновляется, причем его участники даже не подозревают о существовании рядом важного порта Хикалапко. Немного погодя участники экспедиции достигают эстуария мощной реки, которую они назовут именем Грихальвы.

Индейцы там настроены враждебно. Град стрел встретил экспедицию. На следующий день люди с противоположного берега направляются в сотне больших лодок к путешественникам и спрашивают о цели их прибытия. Испанцы отвечают через своих переводчиков — индейцев майя Хуана и Мельхиора. Они хотят провести товарообмен с целью получения золота. В знак своего благорасположения они предлагают подарки. На следующий день они принимают визит некоего важного лица, которое предлагает Грихальве занять место в его лодке. Капитан принимает предложение. При этом возникает совершенно удивительная сцена. Индеец предлагает Грихальве надеть «легкий золотой панцирь, несколько золотых браслетов, украшенную золотом обувь со шнуровкой до колен, а на голову — корону, составленную из искусно выполненных золотых листьев». Грихальва в ответ предлагает индейцу облачиться в испанскую форму.

Перейти на страницу:

Все книги серии След в истории

Мария-Антуанетта
Мария-Антуанетта

Жизнь французских королей, в частности Людовика XVI и его супруги Марии-Антуанетты, достаточно полно и интересно изложена в увлекательнейших романах А. Дюма «Ожерелье королевы», «Графиня де Шарни» и «Шевалье де Мезон-Руж».Но это художественные произведения, и история предстает в них тем самым знаменитым «гвоздем», на который господин А. Дюма-отец вешал свою шляпу.Предлагаемый читателю документальный очерк принадлежит перу Эвелин Левер, французскому специалисту по истории конца XVIII века, и в частности — Революции.Для достоверного изображения реалий французского двора того времени, характеров тех или иных персонажей автор исследовала огромное количество документов — протоколов заседаний Конвента, публикаций из газет, хроник, переписку дипломатическую и личную.Живой образ женщины, вызвавшей неоднозначные суждения у французского народа, аристократов, даже собственного окружения, предстает перед нами под пером Эвелин Левер.

Эвелин Левер

Биографии и Мемуары / Документальное
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого
Йозеф Геббельс — Мефистофель усмехается из прошлого

Прошло более полувека после окончания второй мировой войны, а интерес к ее событиям и действующим лицам не угасает. Прошлое продолжает волновать, и это верный признак того, что усвоены далеко не все уроки, преподанные историей.Представленное здесь описание жизни Йозефа Геббельса, второго по значению (после Гитлера) деятеля нацистского государства, проливает новый свет на известные исторические события и помогает лучше понять смысл поступков современных политиков и методы работы современных средств массовой информации. Многие журналисты и политики, не считающие возможным использование духовного наследия Геббельса, тем не менее высоко ценят его ораторское мастерство и умение манипулировать настроением «толпы», охотно используют его «открытия» и приемы в обращении с массами, описанные в этой книге.

Р. Манвелл , Генрих Френкель , Е. Брамштедте

Биографии и Мемуары / История / Научная литература / Прочая научная литература / Образование и наука / Документальное

Похожие книги

100 великих интриг
100 великих интриг

Нередко политические интриги становятся главными двигателями истории. Заговоры, покушения, провокации, аресты, казни, бунты и военные перевороты – все эти события могут составлять только часть одной, хитро спланированной, интриги, начинавшейся с короткой записки, вовремя произнесенной фразы или многозначительного молчания во время важной беседы царствующих особ и закончившейся грандиозным сломом целой эпохи.Суд над Сократом, заговор Катилины, Цезарь и Клеопатра, интриги Мессалины, мрачная слава Старца Горы, заговор Пацци, Варфоломеевская ночь, убийство Валленштейна, таинственная смерть Людвига Баварского, загадки Нюрнбергского процесса… Об этом и многом другом рассказывает очередная книга серии.

Виктор Николаевич Еремин

Биографии и Мемуары / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
АНТИ-Стариков
АНТИ-Стариков

Николай Стариков, который позиционирует себя в качестве писателя, публициста, экономиста и политического деятеля, в 2005-м написал свой первый программный труд «Кто убил Российскую империю? Главная тайна XX века». Позже, в развитие темы, была выпущена целая серия книг автора. Потом он организовал общественное движение «Профсоюз граждан России», выросшее в Партию Великое Отечество (ПВО).Петр Балаев, долгие годы проработавший замначальника Владивостокской таможни по правоохранительной деятельности, считает, что «продолжение активной жизни этого персонажа на политической арене неизбежно приведёт к компрометации всего патриотического движения».Автор, вступивший в полемику с Н. Стариковым, говорит: «Надеюсь, у меня получилось убедительно показать, что популярная среди сторонников лидера ПВО «правда» об Октябрьской революции 1917 года, как о результате англосаксонского заговора, является чепухой, выдуманной человеком, не только не знающим истории, но и не способным даже более-менее правдиво обосновать свою ложь». Какие аргументы приводит П. Балаев в доказательство своих слов — вы сможете узнать, прочитав его книгу.

Петр Григорьевич Балаев

Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука
Павел I
Павел I

Император Павел I — фигура трагическая и оклеветанная; недаром его называли Русским Гамлетом. Этот Самодержец давно должен занять достойное место на страницах истории Отечества, где его имя все еще затушевано различными бездоказательными тенденциозными измышлениями. Исторический портрет Павла I необходимо воссоздать в первозданной подлинности, без всякого идеологического налета. Его правление, бурное и яркое, являлось важной вехой истории России, и трудно усомниться в том, что если бы не трагические события 11–12 марта 1801 года, то история нашей страны развивалась бы во многом совершенно иначе.

Александр Николаевич Боханов , Евгений Петрович Карнович , Казимир Феликсович Валишевский , Алексей Михайлович Песков , Всеволод Владимирович Крестовский , Алексей Песков

Биографии и Мемуары / История / Проза / Историческая проза / Учебная и научная литература / Образование и наука / Документальное