Читаем Монстры Кремля полностью

Миновали установленный у обочины якорь на постаменте, не такой внушительный, как на Измайловском шоссе, но все же большой. Слева, за трамвайными путями, потянулись жилые дома, но все, как назло, с балконами, по которым ловкий и сильный зверь легко заберется и на крышу.

Солнце пока находилось высоко, но неумолимо клонилось к обложенному тучами горизонту. Грело хорошо, зато на западе, в темной синеве, изредка погромыхивало, и громыхание это неспешно приближалось.

Ров у правой обочины тянулся все так же, не думая исчезать или сужаться.

Миновали приземистое вытянутое здание, увенчанное многочисленными надписями, и за очередным перекрестком Андрей увидел почти то, что нужно – огромный дом, увешанный сплошь застекленными лоджиями, где зацепиться сможет разве что легкая обезьяна.

– Давай сюда, – сказал он. – Дальше идти нет смысла, еще дождем накроет.

Свернули во двор, где рядом с мусорными баками и многочисленными «ракушками» обнаружилась небольшая пирамида. Дверь первого же подъезда, снабженная магнитным замком, оказалась приоткрытой, а когда Андрей потянул за ручку, изнутри донеслось ворчание.

– О, да тут есть население, – сказал Илья. – Что за кексы свили гнезда?

В полумраке на лестнице зажглись два красных огонька, метнулись навстречу. Соловьев едва успел отшатнуться, как из дверного проема вылетела поросшая серым волосом туша.

«Горилла» махнула кулаком, чуть не зацепила Лизу плечом и побежала на четвереньках в сторону пирамиды. Горб меха у нее на загривке зашевелился, у него обнаружилась голова, и Андрей в последний момент удержал палец, готовый сдвинуть с места спусковой крючок.

– Ради бога, это невероятно… – проговорила девушка. – Детеныш?

Тварь, несшая на горбу свою уменьшенную копию, напоследок оглянулась и скрылась из виду.

– Не маловат срок-то, разлюли моя малина? – Илья ошалело покрутил головой. – Или они вместе?..

Похоже, так оно и было – катастрофа в этом случае проявила «гуманность», сохранила жизнь матери и ее ребенку, вот только придала обоим новую, чудовищную форму.

– Пойдем в следующий, – решил Андрей. – Тут наверняка грязно.

Во втором подъезде никто не поспешил им навстречу, и они начали подниматься по лестнице. Тучи к этому времени заволокли небо, на улице потемнело, и от близкого раската грома содрогнулись оконные стекла.

Добрались до третьего этажа, когда хлынул ливень.

– Пожалуй, хватит, – сказал Андрей на десятом. – Выберем здесь ту, какую легче защищать…

На лестничную площадку выходило четыре квартиры: в первой их встретил такой мощный запах гнилого мяса, что Лиза побледнела, и даже Илья пошатнулся, во второй обнаружилось разбитое окно на кухне, и пришлось устраиваться в третьей, двухкомнатной, отремонтированной, похоже, прямо накануне катастрофы.

Из окон, по которым хлестали потоки воды, был виден перекресток, дома на другой стороне проспекта, уходящий дальше ров. Над протянувшейся к горизонту Москвой нависало черно-синее небо, периодически озарявшееся вспышками молний, похожих на огромные искры.

– Нехило люди устроились, – сообщил Илья, заглянув во все помещения. – Душевая кабина с баней, теплые полы, стеклопакеты на лоджии, да и мебель не на помойке нашли, зуб даю…

– Давай и мы устроимся, – сказал Андрей. – Чтобы гостей не было.

Раскуроченный выстрелами замок чинить не стали, заперли дверь на цепочку и придвинули к ней массивную тумбу для обуви. Если это тварь и не остановит, то уж точно задержит, даст время прицелиться, выпустить очередь не в «молоко», а куда надо. Проверили на окнах и на лоджии запоры, что могут пригодиться в том случае, если преследователь полезет по стене.

– Думаешь, помогут? – с тревогой спросила Лиза, когда с этим было покончено.

– Надеюсь, – пожал плечами Андрей. – Точно никто не может знать.

Гроза отбушевала над Черемушками, уплыла на восток, но светлее не стало. Небосклон оккупировала пелена арьергардных туч, да и дневное светило уползло к горизонту.

Андрей остался на страже первым, уселся на стуле в коридорчике между кухней и прихожей, чтобы видеть входную дверь и то окно, в котором был не стеклопакет, а обычное стекло. Устроившиеся спать в большой комнате спутники какое-то время поворочались, и стало тихо.

Темнело, как всегда в это время года, обманчиво медленно, и то, что в квартире царит почти полный мрак, он обнаружил неожиданно. И тут же уловил донесшийся из подъезда звук – легкое, приглушенное клацанье, какое может издать зацепившийся за ступеньку коготь.

Андрей повернулся к двери, поднял «калаш».

Клацанье прозвучало еще раз, ближе, и дверь легонько, даже деликатно качнули. Звякнула натянувшаяся цепочка, громыхнула «переступившая» с ножки на ножку тумбочка. Пошел с места спусковой крючок автомата, вслед за ним зашевелился курок, готовый ударить по бойку.

Но никто не попытался вломиться в квартиру, разрушить преграду или протиснуться в щель. Наступило полное безмолвие, словно зверь на лестничной площадке исчез куда-то или вовсе сдох.

Несмотря на то что в квартире было прохладно, Андрей начал потеть.