Читаем Монголы и Русь полностью

Список тем Западной Руси появляется в ярлыке крымского хана Менгли-Гирея, составленном для польского короля Сигизмунда I (1507 г.).[703] В этом документе Менгли-Гирей подтверждает более ранний ярлык своего отца Хаджи-Гирея, адресованный великому князю литовскому Витовту (около 1428 г.). Спасенный Витовтом от расправы со стороны мятежных ханов, Хаджи-Гирей «даровал» ему все прежние владения ханов Золотой Орды в Западной Руси. Фактически, большинство из них было занято и удерживалось литовскими великими князьями на протяжении нескольких десятилетий. Несмотря на это, они числились в списках Золотой Орды как тьмы, и теперь Менгли-Гирей всех их перечислил. Тот же список, с некоторыми вариациями, был повторен в письме короля Сигизмунда крымскому хану Сагиб-Гирею (1540 г.).[704]

Из этих документов мы знаем о существовании тем, названных по следующим городам и районам: 1. Киев; 2. Владимир-Волынский; 3. Луцк; 4. Сокал; 5. Подолия[705]; 6. Каменец (в Подолии); 7. Браслав (в Подолии); 8. Чернигов; 9. Курск; 10. «Тьма Эголдея» (к югу от курского региона)[706]; 11. Любуцк (на реке Ока)[707]; 12. Охура[708]; 13. Смоленск; 14. Полоцк[709]; 15-16. Рязань (по крайней мере, две тьмы – Рязань и Пронск). К этому перечню, касательно первого века монгольского правления, следовало бы добавить Галич (отошедший к Польше в 1349 г.), где, вероятно, было три тьмы: 17. Галич; 18. Львов; 19. Санок. Что касается Восточной Руси, известно, что в 1360 г. Великое княжество Владимирское состояло из 15 тем[710]; а при правлении Тохтамыша – из 17 тем[711].

Эта цифра не включает в себя рязанские, нижегородские и тверские тьмы. Как мы только что видели, Великое княжество Рязанское платило, по меньшей мере, за две тьмы. Великое княжество Нижегородское числилось как пять тем[712]. Тверское, вероятно, также состояло из пяти.[713]

Таким образом, мы приходим к тому, что до Тохтамыша в Восточной Руси было 27 тем (в Великом княжестве Владимирском – 15 тем; Рязанском – две; Нижегородском и Тверском – по пять). Включая 16 тем в Западной Руси[714], общее число составит цифру 43. Допустив, что в среднем на тьму приходилось 200 000 человек, общее население во всех русских тьмах к 1275 г. составляло примерно 8 600 000 человек. К этому числу должно быть добавлено население регионов, не включенных в систему тем: Русские земли в Великом княжестве Литовском, не подчиненные монголам, такие, как Черная Русь; Новгород и Псков; Тула и другие уделы Чингисидов. Кроме того, много русских жило в то время в Сарае и Молдавии. И нам не следует забывать о населении больших городов (не включенном в систему тем), а также и о церковных владениях (на которые налогообложение не распространялось). В целом, приблизительно можно установить общую численность населения в 10 000 000 человек.

II

В каждой тьме вербовкой воинов и сбором налогов занималась тщательно разработанная сеть административных чиновников, которые никоим образом не подчинялись русским князьям и несли ответственность только перед ханским правительством. Когда на Руси установились численные районы, командиры монгольской регулярной армии были поставлены во главе каждой тьмы и тысячи. У любого из этих командиров был в качестве помощника налоговый инспектор (даруга) соответствующего ранга.[715] Позднее даруга брал на себя всю полноту ответственности за район. В рескрипте Тайдулы митрополиту Феогносту (на основании ярлыка Джанибека) упоминаются три категории даруг: волостные, городские и деревенские. Их имена следуют после упоминания о «князьях улусов». Русский перевод в этом месте, как и в ряде других, не вполне ясен, и возможно, что под князьями подразумеваются даруги более высокого ранга. В терминологии древнерусского перевода ханских ярлыков улус, вероятнее всего, соответствовал тьме; волость – тысяче, город – сотне[716], а село – десятку. О существовании даруг высшего ранга мы также узнаем из русских летописей. Таким образом, можно заключить, что во главе каждого численного района любого уровня находился даруга.

Перейти на страницу:

Все книги серии История России (Вернадский)

Похожие книги

100 знаменитых памятников архитектуры
100 знаменитых памятников архитектуры

У каждого выдающегося памятника архитектуры своя судьба, неотделимая от судеб всего человечества.Речь идет не столько о стилях и течениях, сколько об эпохах, диктовавших тот или иной способ мышления. Египетские пирамиды, древнегреческие святилища, византийские храмы, рыцарские замки, соборы Новгорода, Киева, Москвы, Милана, Флоренции, дворцы Пекина, Версаля, Гранады, Парижа… Все это – наследие разума и таланта целых поколений зодчих, стремившихся выразить в камне наивысшую красоту.В этом смысле архитектура является отражением творчества целых народов и той степени их развития, которое именуется цивилизацией. Начиная с древнейших времен люди стремились создать на обитаемой ими территории такие сооружения, которые отвечали бы своему высшему назначению, будь то крепость, замок или храм.В эту книгу вошли рассказы о ста знаменитых памятниках архитектуры – от глубокой древности до наших дней. Разумеется, таких памятников намного больше, и все же, надо полагать, в этом издании описываются наиболее значительные из них.

Елена Константиновна Васильева , Юрий Сергеевич Пернатьев

История / Образование и наука
Политбюро и Секретариат ЦК в 1945-1985 гг.: люди и власть
Политбюро и Секретариат ЦК в 1945-1985 гг.: люди и власть

1945–1985 годы — это период острой политической борьбы и интриг, неожиданных альянсов и предательства вчерашних «верных» союзников. Все эти неизбежные атрибуты «большой политики» были вызваны не только личным соперничеством кремлевских небожителей, но прежде всего разным видением будущего развития страны. По какому пути пойдет Советский Союз после смерти вождя? Кто и почему убрал Берию с политического Олимпа? Почему Хрущев отдал Крым Украине? Автор книги развенчивает эти и многие другие мифы, касающиеся сложных вопросов истории СССР, приводит уникальные архивные документы, сравнивает различные точки зрения известных историков, публицистов и политиков. Множество достоверных фактов, политические кризисы, сильные и противоречивые личности — это и многое другое ждет вас на страницах новой книги Евгения Спицына.

Евгений Юрьевич Спицын

История / Образование и наука