Новыми деньгами – это понятно о чем. Давным-давно, когда Лика еще не родилась, в 1961 году тогдашний генсек Хрущев поменял все деньги на Новые, и их стало в десять раз меньше. Например: была у дедушки зарплата тысяча рублей, а стала – сто. У бабушки – сто тридцать. Плюс – двое детей, и сами понимаете.

– Проигрыватель сыну только к восьмому классу приобрели!

Был, конечно, патефон, но на нем же не покрутишь современные высококачественные пластинки. Покупали все хорошее, что выпускала «Мелодия», создавали фонотеку в надежде послушать когда-нибудь. И Лика слушала. Сказки, классику, оперы. Операм даже подпевала.

– Радамэээээээээс! Радамэээээс! – завывала она в унисон с египетскими дядьками из «Аиды».

Дедушка хохотал, глядя, как внучка стоит в трусах посреди комнаты, обернувшись простыней. А бабушка была серьезней и говорила:

– У девочки талант. Надо ее куда-нибудь отдать.

Лика не понимала, зачем куда-то «отдавать», если – «талант»? Наслаждайтесь тут! Для вас же исполняется!

Дедушка работал гримером в оперном театре. Он принес с работы кучу каких-то волос (вроде тех, что валяются на полу в парикмахерской) и заговорщически позвал внучку на кухню. Через некоторое время в большой комнате состоялся первый настоящий спектакль. Лика была более художественно завернута в простыню, на голове – парик, а на подбородке – длинная египетская борода, завитая в косичку. Бабушка выключила общий свет, настольную лампочку направила на штору, завела пластинку.

Они сели с дедушкой на два стула посреди комнаты. Началось. Лика стояла за шторой и дрожала, ожидая своего выхода. Не сфальшивить бы, не отклеилась бы борода, не задрожал бы голос! А какую позу принять? Величественную или задумчивую? Трамвай за окном прозвенел, как третий звонок, она вышла к публике. Штора тяжело упала за спиной.

– Радамээээээс! – пропела Лика. – Радамээээээээс!

Не было уже ни трамваев, ни страха. Только музыка и роль! И конечно же успех! Почти невидимые во мраке зрительного зала дедушка с бабушкой устроили настоящую овацию. Она накинулась на них и расцеловала. Египетская борода отвалилась, а дедушка, спасаясь от поцелуев, взял внучку на руки и стал с ней танцевать. Выверенные, строгие движения танго в полной тишине вскружили Лике голову.

– Тебе нравится музыка? – спросил дедушка.

– Какая музыка?

Тоже мне, прикольчики! Не играет же ничего!

Бабушка умиленно смотрела на них, а потом достала пластинку из картонного конверта и поставила на проигрыватель. Зазвучали знакомые звуки аккордеона, запел Утесов:

Лика любила Утесова. У него был приятный старческий, похожий на дедушкин голос. Когда дедушка пел, Лика долго хохотала: настолько было похоже. А потом сама становилась у пианино и пародировала Утесова – тут уже хохотали дедушка с бабушкой.

– Не хрипи так, – говорила бабушка, – а то голос станет не как у девочки!

– Было похоже? – требовала ответа Лика.

– Было!!!

И потом ее правда «отдали» в драмкружок. Скукота! Некрасивая и чересчур молодая (что больше всего раздражало Лику) девушка из института культуры водила с ними хороводики и ставила «Репку». Спасибо! В девять лет – «Репку»! Лика «оставила» девушку после занятий и показала всех, в кого умела превращаться: египетского жреца, Утесова и, наконец, ее саму – руководительницу. Девушка сидела со скучным лицом. Как потом оказалось, «Аиду» она не знала, про Утесова слышала мельком, а на пародию вообще обиделась. Молодежь! Лика решила, что теперь хочет выступать не перед всеми подряд, а только перед теми, кто в состоянии ее понять.

4

Родители позвонили из поезда на дедушкин «домашний».

– Алло!

– Здравствуйте, – ответила Лика хорошо поставленным взрослым голосом, – вас приветствует туристическая компания «Индия для всех». Мы рады предложить нашим клиентам…

– Алло! – забеспокоился папа. – Я куда попал?

– Вы попали в самую расзамечательную туристическую компанию. Мы будем возить вас на слонах, кормить финиками, и (сейчас внимание!) звучит народная индийская песня… – Лика задумалась на мгновение. – «О Ганге»!

Она слегка отодвинула трубку от лица и затянула тонким голосом:

– Ай-яй-яй! Ооо! Ооо! Ооо! Кааак же я люблю Ганг! Там так много крокодилов, слонооооооооооов и… И водыыыыыыыы!

Папа с мамой с умилением слушали по «громкой связи» этот концерт. Их соседи, двое суровых кавказских мужчин, были удивлены, но остались невозмутимыми.

– Дорогое агентство, – сказала мама, – вас тоже с первым апреля! В следующий раз наберем прямо из Индии. Как ты там? Все нормально?

Конечно, нормально! Два месяца жить у дедушки! А вам было бы не нормально? Лика домыла посуду и глотнула из стакана еще горячий чай. Дедушка ушел совсем недавно, видимо, опаздывал в театр.

Цветастые пеналы, ручки, фломастеры она положила на письменный стол, а свои девичьи принадлежности, заколки и резинки для волос, рассовала по ящикам. Снова позвонили.