Читаем Молодость может многое полностью

— «Да это теперь не имеет никакого значения! Всё в прошлом! Живи, Юр, настоящим, мечтая о будущем!» — якобы успокоил Платон Сарычева.

В прошлом оказалась и учёба группы Александра Сталева, студенты которой теперь сидели за дипломными проектами. Среди них, кроме Сталева, были знакомые Платону сотрудники ОГТ Надежда Депутатова и Феликс Штифман, пожилой студент Василий Фёдорович Богачёв и новый друг Сталева из 9-го цеха слесарь Борис Васильев.

До этого в физкультурные паузы Платону иногда в коридоре удавалось побеседовать и с высоким кареглазым красавцем и ровесником Феликсом Штифманом, который, как и Кочет, был одним из пяти студентов-вечерников, в своё время отобранных Главным инженером А.А. Тавризовым для учёбы и работы на программных станках.

Также его собеседником в коридоре стал и молодой специалист ОГТ скромный и заикающийся Павел Бардин, нашедший в Кочете терпеливого и интересного собеседника. Сначала они разговаривали на разные темы, но вскоре нашли вдруг в друге, интересующегося военной техникой и вооружениями и хорошо рисующего, настоящего товарища, в разговорах теперь концентрируясь на технике. И однажды Павел показал Платону свой технический рисунок крылатой ракеты, сделанный им по памяти её компоновки и своих технических знаний.

— «Паш, ну ты и гигант! Тебе в ОГТ делать нечего! Тебе надо со своим способностями переходить в конструкторское бюро! Там твой талант точно пригодится!» — удивился Платон, поразившийся пространственному воображению своего нового старшего товарища.

Единственное, что мешало Платону в общении с Павлом, было не заикание того, а заметный и неприятный запах из его рта. Но Платон как терпел его заикание, так и старался не стоять под его зловонной струёй, вовремя отворачиваясь. И Павел замечал это, прикрывая рот рукой.

А другая сотрудница ОГТ сексапильная Надежда Депутатова, всегда мило улыбавшаяся Кочету, как-то раз была им замечена слишком мило беседовавшей на улице со Сталевым.

— Они очень похожи на любовников?! Хотя может быть и хорошие друзья-соратники?! Хотя я бы переспать с ней не отказался! — подумал Кочет, даже пожалев, что теперь никого из них не видит.

Зато в субботу 13 мая он увидел по телевизору на даче, как в ответном матче дома с Югославией сборная СССР по футболу победила со счётом 3:0.

Из динамовцев Москвы за неё сыграли только А. Байдачный и Г. Еврюжихин. А после игры довольная дачная молодёжь вечером сыграла в свой мини-футбол, добавив удовольствия.

А после неё, не оставшись на волейбол, быстро поужинав, Платон поздно выехал домой. Ведь на завтра его ждал настоящий большой заводской футбол на Приз открытия сезона. И Платон опять всю неделю сам с трудом собирал команду из знакомых подставных игроков без, отдыхающих в этот день вне дома, ведущих футболистов их команды.

И в воскресенье 14 мая на розыгрыше приза открытия сезона ЦКБМ по футболу его команда «Метеор» со счётом 1:3 (1:2) проиграла «Темпу». В этот раз Кочет, не сумевший зимой доиграть в розыгрыше кубка предприятия, был капитаном команды и играл под № 9 на правом краю нападения.

В первом тайме он опять удачно подал со штрафного удара, после которого его партнёры сначала сравняли счёт. Но активные в нападении из команды соперников два Александра — Трофимов и Абушаев — два хороших знакомых Кочета, не дали в этот раз выиграть технологам. И Платон оценил свою игру опять на удовлетворительно.

Ко вторнику 16 мая семнадцатой победой ЦСКА завершился XXVI-ой чемпионат СССР по хоккею с шайбой. На этот раз динамовцы Москвы стали вторыми, отстав от чемпионов на 13 очков, а «Спартак» опередив на 8 очков.

Александр Мальцев и Валерий Харламов разделили звание «Лучшего хоккеиста года» и оба вошли в символическую «Шестёрку лучших».

В этот же вечер динамовцы Москвы дома сыграли только вничью 1:1 с «Кайратом», после чего стали готовиться к финалу розыгрыша Кубка обладателей кубков европейских стран по футболу.

Готовиться к досрочному экзамену стал и Платон, посвятив этому все будние дни и все свои выходные. И на день рождения отсутствующей в Харцизске Насти в понедельник 22 мая он на «отлично» сдал Владимиру Фёдоровичу Устинову экзамен по Теории полёта.

В этот же день в Москву с официальным визитом прибыл президент США Ричард Никсон.

— «Американцы, наверно, после переговоров с китайцами, будут теперь на нас давить?!» — по телефону предположил Пётр Петрович.

— «А может всё как раз наоборот?! Они хотят свой визит к нам использовать для давления на несговорчивый Китай!?» — предположил сын.