Читаем Молчание полностью

— У воображаемых друзей не бывает домов, — холодно проговорила Карен. — Должно быть, он имел в виду церковь. Мы заезжали по пути в церковь Девы Марии, и он… — Она ясно увидела, как сама подбирает со ступеней церкви истрепанное зеленое одеяло. — Нед, солнышко мое, утром мы съездим туда и проверим. Если кто-то занес одеяльце в церковь, то можешь быть спокоен, у отца Майкла оно не пропадет.

Карен стиснула ладошку сына. Обращенный на нее взгляд мальчика был полон укора. Неду она готова была простить что угодно.

— Я тебе почитаю, солнышко. Мамочка побудет с тобой, пока ты не заснешь. Все в порядке, Хейзл, ты можешь идти.

Няня пожала плечами, отвернулась поправить шторы, затем обошла кроватку с другой стороны и присела на корточки поцеловать Неда и пожелать ему спокойной ночи. Он в нее так и вцепился.

— Я никуда не ухожу, — шепнула ему Хейзл.

— Если это поможет, то Мистер Мэн сказал ему, что он оставил одеяло во дворе под деревом, где он обычно играет, — выдала она Карен с невинным видом, будто от лица мальчика.

— Вот как? — Карен заставила себя улыбнуться. Давно ли Хейзл все знает, подумала она, кому еще она рассказала?

— Это реальное место. Он вовсе его не выдумал.

Впрочем, скоро это не будет иметь значения.

— Мне нужно тебя на пару слов, — сказала Карен.

Вот сучка, еще улыбается!

Когда девушка встала, осторожно отрываясь от Неда, который все еще удерживал ее за футболку, Карен вышла вместе с ней из комнаты, плотно прикрыв за собой дверь. Прислонилась к ней спиной и глубоко вздохнула.

— Я хочу, чтобы утром ты собрала вещи и уехала. Ты уволена, — спокойно проговорила она.

Хейзл уставилась на нее в недоумении. Потом закрыла глаза и снова открыла.

— Я в чем-то провинилась?

— Полагаю, причина тебе известна.

— Я не уверена, миссис Уэлфорд. — Рука, взлетевшая с бедра, крутила прядь белесых волос; Хейзл показала бровями на дверь детской. — А нельзя, э-э, обсудить это где-нибудь в другом месте? У мальчика острый слух.

Карен прошествовала с ней по холлу до открытого окна, находившегося вне пределов слышимости от спальни Неда. Она успела утратить преимущество.

— Я напишу тебе рекомендацию, — снизошла она и, шурша шелками, обрушилась на Хейзл: — Лишь бы ты убралась из этого дома. Ты здесь не для того, чтобы за мной шпионить!

Девушка покачала головой.

— Но я, честное слово, понятия не имею, о чем вы говорите.

— Чего тебе надо? Денег?

— О, это уже забавно! — Хейзл издевательски хохотнула. В полумраке холла ее лицо казалось пепельно-серым.

Воцарилось молчание.

Начиная сомневаться в своих подозрениях, Карен приложила запястье ко лбу, пальцы у нее дрожали. Она никак не могла вспомнить, приняла ли она таблетки, которые оставил ей Том, помнила только, что нашла заначенные на черный день полбутылки «Абсолюта», чтобы их запить. Она уже сожалела о том, что затеяла этот разговор с девицей. Надо было просто поцеловать Неда и сразу отправиться на вечер.

— Ваш муж предупреждал меня, что это может случиться, — тихо сказала Хейзл. — Он ввел меня в курс дела, когда принимал на работу. Рассказал, как Нед в грудном возрасте сломал руку. Вы уверены, что справитесь без меня, миссис Уэлфорд? Для начала мы должны обсудить это с ним. — Она провела языком по верхней губе. — Возможно, утром. Сейчас вы, извините за выражение, кажется, не в себе.

— Так это он тебя на это подбил. То-то ты себе так много позволяешь.

— На что подбил? — Она нахмурилась. — Все, все, чем я занимаюсь, — это моя работа. Неужели вы всерьез, спустя два года, ставите мне в вину то, что меня волнует все, что происходит с Недом?

Хейзл подняла глаза к потолку, за ее белесыми ресницами стояли слезы.

— Да, я всего лишь его няня, но это не значит, что я не могу его любить. Он такой необыкновенный мальчик, если бы вы только… он такой ранимый. — Она сгорбила свои плечи пловчихи. — Я знаю, что он ваш. Только иногда я задумываюсь, хорошо ли вы понимаете… Он нуждается во всяческой поддержке, он нуждается в друзьях, он нуждается в защите.

— От кого? — Карен аж рассмеялась. — От кого его нужно защищать? Можешь говорить, Хейзл, я не буду тебя упрекать. Ты ведь просто выполняешь свою работу, — глумилась она, хотя уже начала сомневаться в правильности своего впечатления о девушке.

— Я всего лишь пытаюсь сказать, миссис Уэлфорд, что, будь я на вашем месте, я бы ни за что не стала осложнять Неду жизнь, тем более что ему и так нелегко. Я нужна ему здесь, сейчас. — Она смахнула слезу. — Я вам обоим нужна.

Рука Хейзл влажно упала на обнаженное плечо хозяйки.

— Извини, — бормочет Карен и, не зная, как реагировать на речи Хейзл, проходит мимо нее к открытому окну.

Должно быть, она выпила лишнего.

Высунувшись в бездонную, беззвездную ночь, она фокусирует взгляд на соседской подъездной аллее за деревьями, очерченной трепещущими факелами, как взлетно-посадочная полоса в джунглях. С легкими порывами теплого ветра до нее докатываются буруны оживленных голосов, всплески смеха и музыки. Вечер в полном разгаре.

Карен, которую всегда приводило в волнение пламя зажженной свечи, вдруг занервничала, боясь что-нибудь пропустить.