Читаем Моль полностью

Прошла в спальню, натянула халат и опустилась устало на кровать. Для матери она стала абсолютным разочарованием. Паулина вышла замуж за отца Светланы в восемнадцать лет. Известный ювелир, небедный, умный человек был ослеплен ее красотой и молодостью. Она же… Она была ослеплена открывающимися возможностями. Невзрачный тридцатисемилетний прибалт Юри Ильвес был очень перспективным мужем, и не по годам расчетливая Паулина это прекрасно понимала. Мужчина пал жертвой ее чар, и свадьба состоялась. Единственное, чего не планировала начинающая актриса, так это беременность. Но она случилась, и до того мягкий, уступчивый Юри уперся рогом – ребенку быть. Света родилась ровно в срок. Точная копия своего отца, как справедливо заметила мать. Высокая, белесая, как и подавляющее большинство прибалток или скандинавок. Возможно, если бы они остались жить там, Света и не была бы таким фриком. Здесь же… Все было совсем иначе.

Прошла в коридор, достала записную книжку, которую уже практически ненавидела из-за тех переживаний, которые она всколыхнула в ее душе, нарушив привычный ход жизни… И снова открыла, перелистнув уже прочитанные страницы.

1 мая 1998      

Более-менее оклемавшись, я опять занялся поисками выхода. Мне нужно было освободиться. Во что бы то ни стало. О том, что этот урод со мной сделал, я старался не думать. Я рос в приюте. На что я там только не насмотрелся… Другое дело, что сам я в роли жертвы никогда не выступал. Научился защищаться. С моей смазливой мордой выжить можно было только защищаясь. Зубами и кулаками. Маленький звереныш.

Моль устало потерла брови. Господи Боже… Дай ей сил. Налила в бокал коньяка. Вино как-то незаметно осело. Черт… Такими темпами она сопьется. Или не сможет оперировать.

5 мая 1998

Прошло почти две недели после его визита, а я ни на секунду не приблизился к цели. Выхода из этого чертового дома попросту не было. Охрана была везде, как и камеры наблюдения. Не знаю, возможно, они были и в туалете?

8 мая 1998

Он приехал. Я бился, как лев, но… Меня связали и изнасиловали. На этот раз по всем правилам. Жестоко и не щадя.

- Никогда, никогда мне не отказывай, – шептал он на ухо, вбиваясь в меня и причиняя невыносимую боль. - Тебе понравится, маленький. Это так хорошо, если сделать все правильно. Сладкий мальчик… Красивый…

Даже месяц спустя его мерзкий голос звенел в моей голове.

1 июня 1998

Сегодня я был близок к побегу, как никогда. В доме вырубили электричество из-за грозы. Камеры не работали, а новенький охранник не закрыл заднюю дверь. Я уже знал о времени обхода территории, соответственно знал и о том, когда лучше бежать. В три часа выскользнул за дверь, осмотрелся и тенью скользнул к забору. Я был на половине пути, когда услышал жуткое рычание. Медленно обернулся. Собаки! Оказывается, здесь были собаки… Терять мне было нечего. Забор и желанная свобода были так близки… Я побежал, ноги скользили по жирному от дождя чернозему, доберманы с лаем и рычанием кинулись за мной. Последнее, что я запомнил, перед тем, как отрубиться, было ощущение боли, когда их зубы сомкнулись на моих щиколотках.