Читаем Моя самочка (СИ) полностью

Зверь Учихи насторожился и понял, что добыча не так проста. Попросился наружу, потребовал уступить ему. И Учиха уступил, поддался. Для большего. Ради обладания желаемым.

Приседая рывком, Саске сменил ипостась на звериную полуформу, практически идентичную Наруто: клыки, когти, вздыбившаяся шерсть полосой от затылка до копчика, черная склера как радужка и алый вертикальный зрачок.

Утробный рык раздался с обеих сторон и звери сцепились в прыжке. Зверь Саске старался придерживаться советов красной лисы, так как это было впервые для него и он честно надеялся, что подобное не повториться. Даже в таком облике ему не хотелось делать больно своей самке, но этого не избежать. Либо он, либо... никто.

Не известно сколько длилось противостояние. Блондин не сдерживался и кусался, царапался, пихался всеми конечностями. Золотистый хвост норовил ударить по незащищенному лицу черного леопарда, а тот в свою очередь лишь увиливал и отбивался. Ждал момента, не нападал. Дыхание у обоих сбилось, но не один из них не сдавался. Одежда Саске превратилась в лоскуты, почти обнажая поджарое тело манившее омегу.

Блондин уже был на последнем издыхании. Этот брюнет самый стойкий из всех предыдущих кандидатов, но он к тому же и пахнет притягательно, а не отталкивающе как те, ранее.

Момент настал. Саске умудрился запрыгнуть вцепившись в стенку шкафа когтями. Миг, и он уже на спине Намикадзе, прижимает того к мягкому полу. Обхватив ногами и руками обездвижил лиса, который все еще слабо трепыхался. Зубы вонзились в нежную кожу на блондинистой холке и сжались. Наруто замер скуля и прогибаясь под весом самца.

- Мой!!! – прорычал Саске со сцепленными зубами. Да, он сделал это. Дело осталось за малым, но самым приятным. Он окупит сегодня свою вынужденную грубость. Зацелует и залижет все ранки на любимом теле. Вымолит прощение лаской, а потом объяснит самому любимому существу, что тот все для него. Его Солнце. Его омега. Его самка.

Содрав своими же когтями остатки одежды на себе, Саске потерся своим давно вставшим членом между раскрытых ягодиц блондина, влажных от большого количества смазки. Поза была немного неудобной, но это мелочи. Что-то подсказывало Учихе, что сейчас главное овладеть, а потом уже, когда Наруто будет его полностью и без остатка, он будет ласковым, любящим и нежным. Как того требует ситуация, как в том нуждается омега.

Так думал Саске, но сейчас его тело контролировал зверь, альфа. Грубый, сильный и жесткий, неприступный. Для него главное завладеть, пометить, зачать потомство.

Саске же не хотел сейчас метить Наруто. Не так. Не при таких обстоятельствах. Он понимал, что такое обращение ему не простят, не поймут.

Зверь не мешкал, а усиливал давление тела и воли на и так почти сдавшегося омегу. Снова скулеж в ответ. Наруто прогнулся сильнее в спине с шипением: – Ненавижу, – пока в его тело безжалостно вторгалась чужая и горячая плоть, словно разрывая на части саму душу.

====== Часть 7 ======

Разгоряченные тела двигаются в едином такте. Альфа задающий ритм, омега подчиняющийся. В сознании обоих померкло все кроме самых низменных чувств и инстинктов, да и они не сопротивлялись, слепо повинуясь природе. Люди, запертые в личностях обоих под гнетом сильнейшего, истошно сопротивлялись, но тщетно.

Наруто уже не было больно физически, пока его тельце втрахивали в футтон, но душа тонула в лаве из горечи: его пользуют, он подчиняется по принуждению и праву обладания. Что есть он, омега – низший перед альфой, под ним!

Саске все еще пытался потеснить зверя, чувствовал парализованное, скованное тело под собой, которое все еще пыталось давить волей. Но его зверь вошел в раж, признал своего омегу, не собирался поступаться какому-то человеку, пока не возьмет свое. С каждым толчком внутрь столь желанного и не менее жаждущего тела, из горла самца вырывался короткий рык, а зубы продолжали держать холку в захвате. Бледные пальцы переплелись со смуглыми, царапая крепкую ткань футтона когтями. Легкие жадно вдыхали сплетающийся аромат пары – апельсины в шоколаде и кофе с корицей.

Зверь-омега уже не сопротивлялся альфе, он признал в нем защитника и пару, но не человек, давящийся собственными слезами.

Вся ситуация казалась неправильной все больше, с каждым толчком вбивая очередной гвоздь в крышку гроба, где покоились так и не состоявшиеся отношения этих двух.

Амплитуда, скорость, сила и ярость движений росла.

Неужели все закончится так, лишь сексом, лишь насилием и подчинением?!

Нет. Саске не позволит. Он будет бороться за своего блондина. Даже, по сути, с самим собой.

До омерзения приятные ощущения пленят тела. Последнее движение и альфа разжимает зубы, дабы уже через секунду, вонзиться ими же, совсем рядом с бьющейся жилкой на шее омеги. Четыре клыка пронзают бархатную кожу. Все посторонние запахи других, неудавшихся альф, стираются вместе с ползущими по смуглой коже капельками крови и пота. Лишь чистые ароматы двоих принадлежащих друг другу, ласкают обоняние.