Читаем Моя Игра полностью

Мне больше импонирует тактика «Брюинс», потому что в ней больше интересных возможностей. Следует помнить о том, что при игре в большинстве команды стараются выставить форварда вместо одного из защитников, а форварды не знают, как действовать во время прорыва «один на один» или «двое против одного», так как в обычных условиях им приходится встречаться с такими ситуациями крайне редко. И если их «штатный» защитник слишком увлекся атакой, то мы посылаем Шеппарда или Эспозито обыгрывать нападающего, которому приходится заниматься не своим делом. Другими словами, пытаемся спутать противнику все карты. Эспозито очень нравится играть против нападающего, которому по воле судьбы приходится выполнять роль защитника при игре в численном большинстве. Фил — выдающийся мастер игры в меньшинстве; шутя, он постоянно заявляет о том, что игра в меньшинстве является для него единственным шансом показать себя с лучшей стороны. Как только Фил подбирает шайбу, он смотрит на часы и начинает двигаться в сторону ворот противника, делает большие круги, объезжает соперников, тянет время, действуя так, словно ему некуда спешить. Все это время он движется вперед — пускай медленно, но вперед, готовясь к резкому и неожиданному отрыву, как только для этого представится возможность. Конечно, во многих случаях мы должны строго выполнять свои обязанности, обороняясь в меньшинстве. Как и все клубы, мы выстраиваем «квадрат» перед нашим вратарем, когда играем впятером против шестерых, или «треугольник», когда нас четверо, а соперников шесть. «Квадрат» состоит из двух защитников и двух нападающих, играющих впереди. Вся хитрость заключается в том, чтобы терпеливо оставаться на местах, в то время как соперники передают шайбу друг другу в поисках открытого игрока. В этот «квадрат» проникнуть, как правило, весьма сложно, а бросок из-за его пределов можно сделать только из неудобного положения. «Треугольник» мы применяем, когда нас на два человека меньше. В этом случае два защитника играют сзади, а единственный форвард действует впереди, перемещаясь за шайбой, однако никогда не покидая своей основной позиции.

Играя в меньшинстве, я часто применяю две любимые уловки. Первая очень простая: я заезжаю с шайбой за ворота и остаюсь там столько, сколько это позволяют мне соперники. Когда они посылают за мной своего игрока, я либо выкатываюсь из-за ворот и избавляюсь от шайбы, либо объезжаю своего вратаря и немедленно возвращаюсь в начальное положение — за ворота. Вторая уловка также довольно проста. По известным причинам, играя в большинстве, команды стремятся выставить на лед своих лучших бомбардиров. Чаще всего лучшие снайперы не являются столь же искусными защитниками. Поэтому, когда я с шайбой выезжаю из собственной зоны, форварды другой команды опекают меня не слишком плотно, полагая, что когда я дойду с шайбой до центра поля, то просто вброшу ее в их зону. Вполне понятно, я еду в центр площадки как можно медленней, выбирая самый длинный маршрут. Из девяноста футов я могу сделать целых триста шестьдесят, если буду действовать правильно. Однако, достигнув центра поля, я не вбрасываю шайбу в их зону; вместо этого я делаю разворот и так же не спеша еду на то место, откуда начал свое движение, — за ворота. А время идет. Если все идет, как задумано нами, игра у противника не получается, становится неорганизованной. Затем происходит обычная вещь — два игрока другой команды, по одному с каждой стороны ворот, бросаются за шайбой. Великолепно! Как только я вижу это, то либо выбиваю шайбу от борта, либо подбрасываю ее высоко через центр поля, подальше от ворот.

Вбрасывание

Перейти на страницу:

Похожие книги

Девочка из прошлого
Девочка из прошлого

– Папа! – слышу детский крик и оборачиваюсь.Девочка лет пяти несется ко мне.– Папочка! Наконец-то я тебя нашла, – подлетает и обнимает мои ноги.– Ты ошиблась, малышка. Я не твой папа, – присаживаюсь на корточки и поправляю съехавшую на бок шапку.– Мой-мой, я точно знаю, – порывисто обнимает меня за шею.– Как тебя зовут?– Анна Иванна. – Надо же, отчество угадала, только вот детей у меня нет, да и залетов не припоминаю. Дети – мое табу.– А маму как зовут?Вытаскивает помятую фотографию и протягивает мне.– Вот моя мама – Виктолия.Забираю снимок и смотрю на счастливые лица, запечатленные на нем. Я и Вика. Сердце срывается в бешеный галоп. Не может быть...

Брайан Макгиллоуэй , Слава Доронина , Адалинда Морриган , Сергей Гулевитский , Аля Драгам

Детективы / Биографии и Мемуары / Современные любовные романы / Классические детективы / Романы
Отцы-основатели
Отцы-основатели

Третий том приключенческой саги «Прогрессоры». Осень ледникового периода с ее дождями и холодными ветрами предвещает еще более суровую зиму, а племя Огня только-только готовится приступить к строительству основного жилья. Но все с ног на голову переворачивают нежданные гости, объявившиеся прямо на пороге. Сумеют ли вожди племени перевоспитать чужаков, или основанное ими общество падет под натиском мультикультурной какофонии? Но все, что нас не убивает, делает сильнее, вот и племя Огня после каждой стремительной перипетии только увеличивает свои возможности в противостоянии этому жестокому миру…

Александр Борисович Михайловский , Мария Павловна Згурская , Роберт Альберт Блох , Айзек Азимов , Юлия Викторовна Маркова

Биографии и Мемуары / История / Фантастика / Научная Фантастика / Попаданцы / Образование и наука
100 знаменитых тиранов
100 знаменитых тиранов

Слово «тиран» возникло на заре истории и, как считают ученые, имеет лидийское или фригийское происхождение. В переводе оно означает «повелитель». По прошествии веков это понятие приобрело очень широкое звучание и в наши дни чаще всего используется в переносном значении и подразумевает правление, основанное на деспотизме, а тиранами именуют правителей, власть которых основана на произволе и насилии, а также жестоких, властных людей, мучителей.Среди героев этой книги много государственных и политических деятелей. О них рассказывается в разделах «Тираны-реформаторы» и «Тираны «просвещенные» и «великодушные»». Учитывая, что многие служители религии оказывали огромное влияние на мировую политику и политику отдельных государств, им посвящен самостоятельный раздел «Узурпаторы Божественного замысла». И, наконец, раздел «Провинциальные тираны» повествует об исторических личностях, масштабы деятельности которых были ограничены небольшими территориями, но которые погубили множество людей в силу неограниченности своей тиранической власти.

Валентина Валентиновна Мирошникова , Наталья Владимировна Вукина , Илья Яковлевич Вагман

Биографии и Мемуары / Документальное