— На «Мерхаммер»? Нет. Он идет дальше на юг. Если у тебя достаточно денег, чтобы заплатить за каюту, до возвращения может пройти не менее шести дней.

— А в Руане не найдется другого судна?

— Можешь поискать, но если бы мне не требовалось срочно попасть во Францию, я вряд ли воспользовался бы грузовым судном. Кто знает, может, тебе повезет найти пассажирское.

— Значит, мне всего-навсего должно повезти, — упрямо заявила она.

— Посмотрим, — усмехнулся он. — Обычно я высаживаюсь в Кале, откуда можно быстро перебраться через Ла-Манш. Если не сумеешь получить каюту, в большинстве кораблей, прибывающих в Дувр, отведут тебе место на палубе, тем более что поездка очень коротка. Правда, обычно они делают подобные одолжения мужчинам. Ничего не могу сказать насчет одиноких женщин. Но в любом случае на палубе не слишком уютно, когда идет дождь или снег, что часто бывает в это время года.

Почему он старается нагромоздить гору препятствий?

— Когда ты вернешься?

— Не так скоро, как хотелось бы. Придется потратить пару дней на поиски… подходящей жены.

— Ты едешь во Францию жениться? — ахнула Ребекка.

Ответил он не сразу. Окинул ее таким задумчивым взглядом, что Ребекке стало не по себе.

— Вовсе нет, — выговорил наконец Руперт. — Хотя матушка придет в восторг от такого известия, думаю, что даже она предпочла бы невестку-англичанку. К счастью, я не спешу ее обрадовать. Мне нужна не настоящая жена, а женщина, которая согласится несколько дней играть эту роль.

— Фальшивая жена?

Руперт загадочно улыбнулся:

— Совершенно верно.

— Для чего?

— Если предлагаешь на эту роль себя, можем обсудить это позже. А вообще это не твое дело.

Ребекка фыркнула. Несмотря на разбиравшее ее любопытство, она громко объявила:

— Настоящая или фальшивая, но я нахожу такого мужа, как ты, настолько отвратительным, что не желаю ни в чем участвовать. Нет, нет и нет!

Руперт пожал плечами, закрыл глаза и снова попытался задремать.

Ребекка снова легла на постель и тоже закрыла глаза. Дела Руперта действительно ее не касаются. Но она никак не могла понять, зачем кому-то нужна фиктивная жена, и досада ее росла с каждой минутой. Любопытство все больше одолевало Ребекку. Нет, она не станет снова его расспрашивать.

Прошло не менее часа. Она уже почти выбросила из головы всю эту затею, но Руперт снова заговорил:

— Со мной ты, возможно, вернешься в Лондон быстрее, чем одна. Вряд ли капитаны торговых судов захотят видеть на борту незамужнюю женщину. Еще не так давно моряки считали женщину на борту корабля дурной приметой.

Она в жизни не слышала подобной глупости, но, понимая, к чему он клонит, сухо спросила:

— Я уже сказала «нет» и больше повторять не стану.

— Я не шучу, Бекка. Согласись ты сыграть роль моей жены, я, возможно, закончил бы свои дела всего за день. Но в любом случае я скорее всего буду в Кале и отплыву домой гораздо раньше тебя.

— Вздор. Если мне придется проделать это путешествие, постараюсь оказаться дома как можно скорее.

— Если найдешь экипаж, кучер которого согласится отвезти тебя в Кале, — возможно. Но боюсь, тебе придется воспользоваться дилижансом. А они постоянно опаздывают, хотя бы потому, что отправляются в путь, только когда все места заняты. Или ты собираешься ждать на каждой станции, когда соберутся пассажиры? Поверь, тебе придется потратить не дни, а недели.

— Хорошо! — с нетерпением воскликнула она, больше не желая слышать мрачных предсказаний. — Если обещаешь, что я вернусь в Лондон через три дня, мне остается только согласиться. Если же нет, больше не будем об этом говорить.

— Идет, — бросил он.

Глава 27

В тот день Ребекка так и не смогла пообедать, несмотря на то что была голодна. Ощутив запахи еды в тесной каюте, она покрылась испариной и бросилась к горшку, возле которого и простояла, пока запахи не выветрились.

Во второй половине дня качка уменьшилась, и к ужину она уже смогла сесть за крошечный столик на единственный стул, который уступил ей Руперт. Сам он устроился в кресле с тарелкой в руках.

— Наслаждайся каждым глотком, — посоветовал он. — Ужин стоил мне пять чертовых фунтов.

Услышав это, Ребекка едва не подавилась, но есть так хотелось, что она продолжала энергично жевать.

— Он вор, этот твой капитан, — объявила она. — Но я понятия не имела, что ты так обнищал, если жалеешь о потере пяти фунтов. Я, конечно, возмещу тебе все расходы.

Она не язвила. Он так часто жаловался на непомерную стоимость этого путешествия, что Ребекка, естественно, решила, будто у него в карманах гуляет ветер. Хотя ей следовало бы промолчать.

Руперт мрачно взглянул на нее:

— Дело вовсе не в том, могу ли я позволить себе такие траты. Просто никому не нравится, когда его грабят. Вот и все. Однако тут капитан ни при чем. Это повар. Ему не понравилось, когда я попросил его приготовить что-нибудь диетическое, поскольку у пассажирки морская болезнь. У него, как оказалось, уже был готов роскошный ужин.

Ребекке стало не по себе. Он снова позаботился о ней, чего она никак не ожидала.

— Мне очень жаль.