Читаем Мои жизни полностью

Сначала Иешуа сопротивлялся моим попыткам, но не потому, что он не желал прибегать к насилию. Как правитель во времена довольно примитивной части мировой истории, ему зачастую приходилось использовать военные силы для защиты или расширения своей империи. Но всё же он неохотно применял насилие по отношению к близким ему людям, особенно семье. Он чувствовал верность семье, которую я никогда не испытывал – кроме как по отношению к нему.

В нескольких воплощениях Иешуа предавали. Люцифер и Сатана убивали его и захватывали власть, что всегда влекло за собой ужасные последствия для нашей цивилизации. После нескольких таких воплощений, Иешуа начал прислушиваться к моим рассуждениям, и пришло время, когда он начал предпринимать действия, чтобы предотвратить предательство со стороны Люцифера или Сатаны. Это действительно много раз предотвратило убийство Иешуа, упадок цивилизаций и жестокие убийства многих людей.

Для меня это было совершенно оправдано. Также в нескольких воплощениях я видел, как Люцифер или Сатана собирались реализовать какую-нибудь крупномасштабную катастрофу, в которой погибли бы десятки тысяч и даже миллионы людей. И потому я находил оправдание для себя, почему было совершенно оправданным для меня убить одного из них или обоих, что я делал много раз. Конечно, это предотвращало повсеместную смерть и страдания, и даже сегодня многие люди скажут, что это было оправдано. Но закон возвращения энергии не принимает во внимание мнение людей или тонкую змеиную логику.

17

За этим последовал долгий период, когда у нас с Иешуа очень хорошо получалось физически сопротивляться заговорам Люцифера и прямым нападениям Сатаны. Мы оба стали очень хорошими воинами, и вскоре ни Люцифер, ни Сатана не могли победить ни одного из нас в открытом сражении. Мы также стали хорошими лидерами наций и армий, и для Люцифера и Сатаны стало трудным найти способ нас победить. Мы начали быстро распознавать ложь и заговоры Люцифера, и в какой-то момент даже он осознал, что ему трудно одержать верх.

Я признаю, что определённо гордился этим. Я чувствовал, что никто на Земле не мог меня победить, и поэтому ощущал, что я делал что-то, чтобы улучшить условия на Земле. Я думаю, Иешуа во многом разделял мои чувства, хотя он никогда не был настолько вовлечён в борьбу с АВК, как я. Я начал думать, что нейтрализуя и побеждая АВК, я делал что-то, чтобы защитить людей на Земле от их махинаций.

Но ни Иешуа, ни я не замечали, что мы ничего не предпринимали, чтобы удались АВК с Земли. Наоборот, чем больше мы боролись против АВК, тем более уютно они обустраивались на этой планете. Закон возвращения энергии действительно может быть суровым учителем.

***

Иешуа и я не всегда занимали те же самые посты. Иногда я был лидером, иногда Иешуа. Но на протяжении длительного периода времени мы всегда находились в согласии и всегда поддерживали друг друга. Казалось, нас соединяла нерушимая связь, которая тянулась из жизни в жизнь. Но ничто на Земле нерушимо.

Позже я узнал, что развоплощённый Тёмный Мастер (существо с плана идентичности), который руководил Люцифером (а в некоторых жизнях и Люцифером, и Сатаной), находился в противоборстве с другими тёмными существами. Некоторые из них руководили Сатаной в некоторых воплощениях, в то время как в других воплощениях его невозможно было никому контролировать, потому что он был предан разрушению ради разрушения. Тёмный Мастер и его соперники часто предпринимали попытки сравнять счёт, используя своих учеников, именно поэтому Люцифер и Сатана часто противодействовали друг другу. Но пришло время, когда Тёмный Мастер понял, что ни Иешуа, ни я не могли быть более одурачены или побеждены Люцифером или уничтожены Сатаной. Тогда он решил применить другой подход и попытался использовать их обоих, чтобы разделить нас.

Это заняло много времени, но он очень ловко использовал едва заметные различия между Иешуа и мной. Иешуа во многих воплощениях был великим воином и лично убил много людей (как и я). Он также был великим лидером и генералом, который возглавлял множество армий в битвах, и тем самым послужил причиной убийства многих людей (как и я). Но несмотря на все эти убийства, Иешуа сохранил интуитивное чувство, что убийство других было неправильным и может быть лишь крайней мерой. Я же выработал логику, что как только опознан АВК (тогда я их так не называл), его необходимо убить, чтобы предотвратить ещё большую катастрофу. Заметьте, что я никогда бы не убил человека, которого не считал агрессивным по отношению к другим, как делают АВК. Но я убивал сразу, как только замечал агрессивные намерения в ком-либо. Я убивал, чтобы защитить тех, кто сам не мог постоять за себя.