Читаем Мой Ветер полностью

После плотного завтрака, который пришлось съесть полностью под надзором ястребиных глаз одного из друзей, молча удаляюсь наверх. Знаю, что они поймут. Мне нужно ещё немного времени свыкнуться с мыслью и принять это давящее чувство вины. Комочком укладываюсь на кровати, лицом к стене и проигрываю все счастливые моменты, подаренные мне моим любимым папой. В этот момент, вновь, ощущая себя беззащитной маленькой девочкой, все остальное отходит на второй план, остаётся лишь тоска по ушедшему родителю. Помню, как отец увидел Джейдена в первые. Он тогда сказал мне «Ты выросла прекрасной девушкой, мармеладка. Хороший выбор, но будь осторожна, ты не из его круга.» Казалось бы любой отец переживает, когда у его дочери появляется ухажёр, не глупые заигрывания детского сада, а что-то более серьёзное. Думаю, отец тогда все понял, хоть и не выказал ни единой эмоции по поводу того, что его дочь повзрослела. Он всегда принимал Джейдена, как обычного парня, стремящегося понравится ему. Они много общались для родителя и парня дочери, и их общение всегда было с неким подтекстом. Нередко Джей приходил к папе за советом, ввиду отсутствия участия со стороны собственного отца. И папа, немного нахмурившись, но тепло подталкивал Джея к тому выбору, который важен для него. Пусть это и не сработало в его жизни, насколько я знаю, Джейден очень уважал отца. Как и все мои друзья. После знакомства с Эйми, папа сказал, что кажется у него появилась вторая дочь. Я бы должна бы ревновать, но я так была рада, что отец по-своему «вписался», хоть и тогда считала, что его слишком много в моей дружбе с ребятами. Однажды, он мне рассказал, какими у мамы были последние слова. Она сказала ему, что прожила самую счастливую жизнь из всех возможных, и попросила во всем поддерживать меня, как это сделала бы она. И он поддерживал, во всем, он настолько буквально принял ее слова, что старался быть и матерью и отцом. Сложно поверить, но у него получилось. В меру строг, как мужчина семьи, но вместе с тем достаточно лоялен, чтобы принять мою точку зрения, дать необходимую опору в выборе или же начинаниях. Каждый раз, когда-то что-то шло не так, вместо того, чтобы отмахнуться, как это сделал бы другой родитель, он садился рядом и помогал, повторяя, что верит в меня. Помню, как он впервые увидел меня пьяной, черт я тогда так боялась просыпаться на утро, после того, как не найдя ключи, разбудила его посреди ночи. Этот молчаливый грозный взгляд, помощь улечься в кровать, и таблетка с водой на тумбочке. Утром, сгорая от стыда, стояла, как провинившийся котёнок, а он просто молча допивал кофе, а потом ровно и спокойно произнёс «Мармеладка, ты же понимаешь, что натворила. Я бы предпочёл догадываться, но не видеть. Думаю, ты это осознаешь и понимаешь, что последует дальше. Комендантский час, милая леди. Я тоже был молодым, Киара, и все это проходил, но я мужчина, а ты молодая привлекательная девушка, и подвергаешь себя опасности. Не столько меня заботит твоя проба алкоголя, а сколько возможные ситуации в связи с этим. Я тебя попрошу быть аккуратной и осторожной и надеюсь, что ты меня услышишь.» Поцеловав в макушку, он ушел на работу, оставив меня глотать слёзы от собственной глупости, умирать от стыда и осознавать насколько мой отец прекрасный родитель. Я ожидала скандала, криков, где могла бы тоже сорваться и мы бы поссорились, как в большинстве семей в таких ситуациях. Однако, его ровный мягкий тон, в купе с искренними переживаниями заставил меня почувствовать себя неблагодарной свиньей. Тогда я поняла, что не позволю ему переживать о себе больше, чем он переживает сейчас. Вечером я приготовила ужин, чтобы замять этот инцидент и папа с присущей ему лёгкостью, будто и не было этого вёл со мной неспешную беседу. Несмотря на то, что он всегда думал, что не даёт мне всего необходимого, он ошибался, отдавал себя с лихвой воспитывая меня. В основном, он расстраивался из-за отсутствия материальных благ, но я быстро поняла, что это все не то. Нет, были порывы и мой праведный гнев побыть девочкой, просить одежду, сумочки, косметику, но так это все было неважно. В такие моменты, уже сейчас я понимаю, что доставляла ему необъятную боль своими инфантильными выходками, подкрепленными юношеским максимализмом. Порой для того, чтобы я смогла купить желаемое, он работал днями и ночами, а в ответ получал лишь скупое спасибо и фырканье. Уже гораздо позже я поняла, что вела себя неправильно и устроилась на первую работу без его ведома. Конечно, позже он узнал, сокрушался и просил извинения за жизнь, в которой мы оказались. Но я, поглощенная попытками помочь ему уже не требовала ни извинений, только чтобы он мог немного отдохнуть. Думаю, в тот момент я сильно повзрослела внутренне, и больше не было скандалов и выходок. Лишь одна мечта все ещё тлела в моей душе. Байк. Не думала, что он позволит, но он сделал невероятное. Позволил и более того разрешил помогать. Не смогу сейчас описать счастье и радость, наполнившие мои клетки, услышав рев мотора старенькой, по частям собранной, ямахи. Он тогда так лучился гордостью и любовью, что сейчас слёзы вновь наворачиваются на глаза. Попросил не о многом, как и всегда об осторожности. Отец воспитал во мне, ценности, отличные от элитных подростков, глубокое уважение ко всем людям, упорство и честность, в тандеме со справедливостью. Я хотела быть похожей на него, и надеюсь хотя бы толика его качеств во мне все же отозвалась. Спасибо папа, спасибо тебе за все. Я так тебя люблю. Смаргивая слёзы, меняю затекшее положение. Не заметила, как в комнате уже не одна, а за окном перевалило за полдень.