Читаем Мой учитель Лис полностью

— Сэр, — после секундного размышления осторожно тронул его за плечо я, — я не хочу умирать. Ни героем, никак вообще. Но мои родители научили меня таким нелепым понятиям, как честь и совесть. А моя бабушка буквально вбивала в меня их палкой. Поэтому если я ваш ученик и помощник, то считайте меня заодно и своим оруженосцем.

— Короче? — попросил Лис.

— Если короче, то я не отступлю.

— Принято. Мне как раз очень хотелось скинуть со своих плеч груз ответственности за твою молодую жизнь. Отлично, идём!

На мгновение мне показалось, что вот так выливается на голову ушат ледяной воды.

Мой учитель, ни на миг не задумываясь о моих душевных метаниях, толкнул двери и шагнул внутрь. Я дважды всей грудью глотнул холодный воздух осени, пытаясь хоть как-то заглушить ту страшную обиду, что он только что нанёс мне своим пренебрежением к пылкости моих чувств, и, сурово сведя брови, двинулся следом.

Мы прошли в довольно грязную комнату, увешанную по стенам картинками, мягко говоря, фривольного содержания, где красивые, элегантные и роскошно одетые кошки поднимали бокалы, потягиваясь на кровати, и дарили воздушные поцелуи столь же богато одетым мужчинам.

На мой привередливый взгляд, эти полотна были чрезмерно слащавы, но, наверное, свою целевую аудиторию они находили. Пресвятой электрод Аквинский, какое там «наверное»? Да само собой, находили, это не запрещено законом, кого я обманываю, чего уж…

Из полумрака за стойкой рецепции раздалось невнятное шевеление, а потом нас приветствовала старая кошка из «близких к природе», в мятом платье, в очках, завитом парике и с таким количеством макияжа на мордочке, что он шелушился.

— Джентльмены?

— Мисс Рози, — широко распахнул объятия мой учитель, и старая кошка бросилась в них с неприличной для достойной леди прытью.

— Ренар, душка, ты совсем забыл нас!

— О нет, Рози, как ты могла такое подумать? Мне жаль, что ужасно важные дела отвлекают меня, но ты всегда можешь заказать бутылочку шампанского за мой счёт.

— И то верно, счета ты всегда оплачивал, рыжий шалун. — Кошка потрепала Лиса по щеке. — Кто этот милый юноша, скромно опустивший ресницы?

— Мой помощник и секретарь.

— Да он просто красавчик!

— Я этим пользуюсь.

— Быть может, старушка Рози единственная, кто не ищет второго смысла в твоих словах. Хотя я так испорчена, что могла бы найти…

— Майкл, мальчик мой, — обернулся Лис, — позволь представить тебе мисс Рози, управляющую всеми «кисками» этого портового района.

Старая кошка грациозно присела в книксене. У меня хватило ума вежливо поклониться.

— Ты, как всегда, по делу? Быть может, мои девочки побеседуют с мальчиком, пока мы заняты…

По мановению бровей мисс Рози в комнату шагнули две юные «киски» в лёгких полупрозрачных платьях, но мой наставник отрицательно помотал головой.

— Майкл останется рядом, его помощь порой бывает абсолютно бесценна.

— О, Ренар, ты всё так же целомудрен и романтичен. Но мы не в Париже, это Лондон, и здесь свои законы, — чуть ворчливо пробормотала кошка и, отдёргивая занавеску, пропустила нас, как я понял, в личный альков или рабочий кабинет.

Стены были обиты красным бархатом, в углу стояла бронзовая статуя столь откровенно обнажённой вакханки, что я почувствовал, как у меня заполыхали уши. Хозяйка опустилась в кресло, широким жестом предложив нам расположиться на чудесных венских стульях у небольшого круглого столика, на котором быстренько появились чай, кофе и пара широких бокалов для виски.

Специально для меня подали коробку немецких «Konfekt» в шоколаде с орехами и мармеладом. Лично я не дерзнул к чему-либо притронуться, а вот мистер Лис с видимым удовольствием принял чашечку кофе, щедро плеснув туда же пару ложечек ирландского виски. Пауза вежливости незаметно растянулась до слегка напряжённого молчания.

Впрочем, ни мне, ни ему не пришлось как-то начинать разговор, мисс Рози предпочла первой взять слово:

— Ты знаешь, Ренар, мы всегда дорожили дружбой с тобой. Ещё сопливым рыжим мальчишкой ты умудрился спасти двух наших сестёр. Я до сих пор не понимаю, как тебе удалось обойти тогда китайских боксёров, банду грузчиков, повара на одной ноге и лондонскую полицию.

Лис деликатно наклонил голову, одновременно показывая, что это давнее дело, что он тут ни при чём и что не стоит благодарности.

— Ты хочешь знать, что случилось? Убили трёх моих девочек. Просто так, развлечения ради. Их сначала слегка придушили, а потом перерезали горло, вспороли живот крестом, конвертом откинули плоть в стороны и вытащили сердце. Лужи крови. Люди волнуются, «киски» боятся выходить на улицу. Найди убийц.

— Я приложу все усилия.

— Этого мало, Ренар. Ты знаешь наши традиции, ты вырос здесь. Миленький брошенный лисёнок…

Мне впервые пришло в голову, что я практически ничего не знаю о прошлом своего наставника. А пожилая мисс Рози продолжила нагнетать: