Читаем Мой путь в рай полностью

- Анжело, помни, что сказал Кейго. Держись низко, чтобы быть меньшей мишенью для лазера, сгибай колени, чтобы компенсировать движение машины. Помни, у тебя только один выстрел из лазера, прежде чем до тебя доберется пушка, поэтому этот единственный выстрел должен быть точным. Когда впервые было введено тефлексовое защитное вооружение, все вдруг стали стрелять менее метко, решили, что могут позволить себе неточность. Но ты должен научиться стрелять. То же самое относится к артиллеристам. Если мы огибаем коралловое дерево и вы слышите предупредительную сирену, начинайте стрелять немедленно, так чтобы ябадзины влетели в плазму. Вы знаете, на Земле такие симуляторы запрещены законом. Такое обучение считается бесчеловечным. Но Мотоки на это наплевать. Теория Павлова. Награда и наказание. Эти люди хотят, чтобы мы были быстры и смертельно опасны.

Мы сидели на полу, в маленьких прямоугольниках, которые Перфекто начертил как наши индивидуальные территории, и все остальные страстно обсуждали возможность побить завтра самураев. Вначале я тоже пришел в возбуждение, но потом вспомнил, что мы готовимся к геноциду. Я всегда был врачом. Всегда помогал другим, заботился о чем-то большем, чем я сам. Однако теперь я думал только о самосохранении и потому чувствовал себя мелким и отвратительным. Я больше не знал, кто я такой. Спросил у Абрайры, знает ли она номер комлинка генерала Гарсона.

Потом вышел в коридор, подключился к комлинку, произнес номер, и генерал ответил.

- Кто говорит? - спросил он. У него был усталый голос.

- Генерал Гарсон, это я, Анжело Осик.

Он вздохнул.

- Чем могу быть полезен, сеньор Осик?

- Я позвонил, чтобы попросить о переводе в медицинский отдел.

- Ах, не вы один, еще сто человек. Отвечу вам так же, как ответил другим: вы подписали контракт не со мной, а с корпорацией Мотоки, и Мотоки настаивает на соблюдении контракта. Медицинского персонала достаточно. Нужны люди с духом наемников - такие, как вы, люди, в жилах которых кровь конкистадоров.

- Но... не думаю, что из меня выйдет хороший наемник.

В голосе Гарсона прозвучало нетерпение.

- Никогда не знаешь, что случится. Наша информация о положении на Пекаре устарела на двадцать лет. Но к тому времени как мы туда прилетим, пройдет еще двадцать лет реального времени. Ябадзины могут быть мертвы, или корпорация Мотоки уничтожена, а может, оба государства разрешили свои противоречия. Есть большая вероятность, что вам вообще не придется воевать.

Я ничего не сказал.

- Потерпите месяц-другой, - продолжал Гарсон. - Многим нравится образ жизни наемников - радость битвы, возбуждение победы. Может, вы станете одним из таких людей. С Эйришем вы хорошо справились. Отлично выполненное убийство. Вы умеете смотреть смерти в лицо. Вы выдержите.

- Не думаю, - ответил я. И немного подождал.

- Что-нибудь еще? - спросил Гарсон.

- Как Тамара?

- Тема закрыта. В будущем не спрашивайте! - сказал он. Потом мягче: Не очень надейтесь. Никаких изменений в положении. Вы нам мало что дали для начала. - И Гарсон отключился.

Я стоял в коридоре и думал: Тамаре не лучше. По лестнице со смехом и разговорами спускался десяток самураев. Прошел мимо хозяин Кейго, глядя прямо перед собой, словно не видел меня. Я поклонился и сказал: "Здравствуйте, хозяин". Он смущенно оглянулся, кивнул в ответ и ушел. Очевидно, я нарушил правила этикета, заговорив с ним за пределами боевого помещения.

В спальне все готовились к утренней тренировке. Во время перерыва Завала подошел к моей койке.

- Сеньор Осик, - сказал он, - я надеялся, ты дашь мне антибиотиков, о которых говорил. - Он говорил формально, ставя глаголы в третьем лице, и мне показалось это странным, потому что сегодня мы через многое прошли вместе.

Я знал, что у него нет гнили и антибиотики ему не нужны; симптомы у него чисто психологические, но мне было жаль его. С самой юности я не мог войти в дом, где есть собака, чтобы меня не укусила блоха. Я знал, что невозможно, чтобы у всех собак были блохи, но как только я замечал в доме собаку, ноги и руки у меня начинали чесаться и краснели. У Завалы аналогичные симптомы.

- Позволь взглянуть на твои руки, amigo, - неформально сказал я. Внимательно осмотрел его. Никакого побеления или хлопьев на коже, никаких нарывов. - Не вижу никаких признаков болезни, а эти антибиотики - очень сильное средство. У тебя будет от них понос и боль в животе. Воздержимся еще несколько дней.

- Ты уверен? - спросил Завала. - Микробы очень маленькие, их трудно увидеть!

Так может сказать невежественный крестьянин. Я очень удивился. Большинство знакомых мне киборгов очень эрудированы и умны. Нужно очень много денег, чтобы купить такие конечности, как у Завалы.

- Откуда ты? - спросил я.

- Из Колумбии. Деревня вблизи Москеры. - Москера - меленький прибрежный городок на юге Колумбии. Это самый бедный район Колумбии, вдалеке от больших городов, здесь мало образованных людей. В таких местах полагаются на знахарей, поэтому неудивительно, что Завала верит, будто можно увидеть микробов.

- Ты купил свою прекрасную руку и ноги в Москере?