Читаем Мой путь в рай полностью

И я вспомнил нашу гонку по снежной долине. Схватив лазерное ружье, я выстрелил в воду. Мавро и Завала начали стрелять из плазменных пушек, и вода за нами закипела. Поднялся пар, но его оказалось недостаточно, чтобы создать эффективную завесу. В снегу и ночью эта хитрость подействовала, но сейчас солнце над головой пробивало тонкий пар.

Ябадзины были почти на пределе досягаемости. Трое артиллеристов выстрелили в воздух под углом в шестьдесят градусов, надеясь, что плазма польется на нас. Мы мчались по извивающейся реке, плазма падала в воду за нами.

- Я хочу бросить бомбу, - сказал Перфекто. - Это не даст нам ничего хорошего, но я ее брошу!

Мавро тоже выстрелил в небо.

- Всем продолжать вести настильный огонь! Подожди, пока мы не свернем за поворот! - крикнула Абрайра.

Я посмотрел перед собой: впереди поворот и узкая скальная отмель. Абрайра вписалась в поворот, как автогонщик, обогнула линию деревьев, пронеслась через заросли тростников, и ябадзины последовали за нами.

- Давай! - крикнула Абрайра.

Перфекто бросил бомбу в заросли, потом он и Мавро начали стрелять в воздух. Я поднял самострел. Бомба Перфекто взорвалась, мексиканский волос разлетелся над поверхностью и начал подниматься в воздух. Я открыл огонь по водителю первой машины, хотя на таком расстоянии не смогу пробить его броню: я надеялся отвлечь его.

Две первых машины выскочили из-за поворота и влетели в облако мексиканского волоса, тут же носы их опустились к земле, раскололись, машины вспыхнули. Две следующие, выходя из-за поворота, успели выключить двигатели и повисли в воздухе. Затем над водой повисла и последняя машина.

Мавро рассмеялся, выстрелил в небо над ними и крикнул:

- Теперь они не будут так торопиться за нами!

И действительно: ябадзины уменьшили скорость и следующие десять минут шли за нами на расстоянии. Мы двигались на север, пока река не свернула резко в горы. И стала всего лишь тропой для речных драконов: берега высокие, дно углублено, через каждые несколько сотен метров омут. На берегах большие гибкие деревья с крошечными голубыми листиками, которые нервно дрожали на ветру. Деревья росли так густо, что машины пройти среди них не могли, и ябадзины вынуждены были двигаться за нами по реке цепочкой.

Деревья на берегах сменились выветренными скалами, снова показались головы великанов, черные ямы глаз, гранитные лбы, скальные подбородки, и среди них мечется множество потревоженных опаловых воздушных змеев.

Каньон неожиданно кончился, впереди с утеса высотой в сотню метров спускался водопад. Наша машина спуститься так круто не может, дороги вперед нет.

Абрайра остановила машину, и мы оглянулись. За нами двигались ябадзины в своем пыльно-красном вооружении. Я нажал кнопку на подбородке шлема, вызывая телескопический прицел, и в ответ загудела оптика шлема. На трех оставшихся машинах десять солдат. У одного шлем в крови. У другого рана на груди, и он прижимает к ней платины костюма, очевидно, чтобы сдержать кровотечение. Машины движутся по реке цепочкой. До них триста метров.

Камни на берегах блестят от брызг водопада. Перфекто соскочил со своего места и подобрал меч, который Мавро взял у хозяина Кейго. Достал лезвие из черных лакированных ножен и взмахнул сталью над головой. Крикнул:

- Идите! Будем сражаться как люди чести! Победитель продолжит свое задание. Проигравший вернется домой!

Он расстегнул шлем и бросил его на пол.

- Что ты делаешь? - прошептала Абрайра.

- Попробую уговорить их сражаться один на один, - ответил Перфекто. Помнишь? "Прекрасный стиль" войны? Это их обычай.

Ябадзины переглядывались, они о чем-то заговорили друг с другом. У всех за поясом торчали wakizashi, маленькие мечи для харакири. Но только у одного был tachi - большой боевой меч.

Один из ябадзинов расстегнул шлем и на ломаном испанском крикнул:

- Вы не знаете наших обычаев, nanbeijin. Что вы знаете о чести? Вы нарушили традиции и стреляли в нас из пулеметов. Вы хотите продолжить свое дело, но это означает убийство наших жен и детей. Как мы можем допустить это?

Перфекто немного подумал, потом ответил:

- Я не хочу сражаться оружием. У нас оно лучше, а у вас больше людей. Кто может сказать, что из этого получится. Я хочу сражаться с человеком, мечом против меча. И как бы ни кончилась эта бессмысленная война, я докажу, что я лучше.

Ябадзины очень удивились. Они поговорили между собой. Наконец рослый самурай, тот самый, у которого был tachi, снял меч со спины, расстегнул шлем и бросил его на пол.