Читаем Мой путь в рай полностью

Я посмотрел на воду и подумал, стоит ли ее пить. Мысль эта вызвала у меня отвращение, и я решил, что на самом деле не хочу пить. К тому же я использовал этот предлог, только чтобы уйти от Мавро. Вспоминая его рассказ, я чувствовал, как меня охватывает холодок.

Я пошел вдоль берега ручья, думая о Ксавье, обреченном вечно искать часть себя. Чувствовал себя истощенным и физически, и эмоционально. После стольких лет жизни я все еще ищу страсть, сильную и животворящую. Что я чувствовал? Ощущение пустоты? Наверно, просто насилие, которое ожесточает человека, сказал я себе. В Панаме все вокруг было полно насилием, но я не ожесточался.

"Это моя броня, подумал я. Она отрезает чувства, делает меня недоступным". Я устал и почти галлюцинировал. Казалось разумным пожертвовать сном, чтобы что-то почувствовать. Я решил, что холодная ванна мне поможет. Раздеваясь, я терял равновесие. Оставил защитный костюм на берегу и пошел в воду. Вода оказалась глубже, чем я думал, и через два шага я погрузился с головой. Поплыл немного, ни о чем не думая, но тут какое-то существо, твердое, как камень, задело меня за ногу. Я торопливо поплыл к берегу и натянул брюки. Достал мачете и прислонился к дереву, закрыл глаза, попытался отдохнуть.

Купание не принесло мне облегчения. От холодной воды онемели руки, я не чувствовал мачете. Попытался ощутить что-то, но ощущал только холод, отдельные капли, ползущие по коже, ветер, играющий на груди, от него затвердели соски. Но этого недостаточно. Мне нужны не физические ощущения.

Мне нужна страсть, которую я испытал, когда Тамара засунула мне в грудь крошечное собачье сердце. Тогда я себя чувствовал более живым, чем в любой другой момент своей жизни. "Научись бегло владеть мягким языком сердца". Слова ее составляли основу аргумента, с которым я не мог согласиться. Нельзя упражняться в сочувствии, как упражняешься в ударах по мячу. Мне эта мысль казалась нелепой. Но чувства у нее настоящие. Она дала мне испытать чувство, и я тосковал по нему, как наркоман по зелью.

Не размышляя, я направился к лагерю Тамары, к холму, над которым висели наблюдательные воздушные шары Гарсона. Взял с собой только мачете и шел в одних брюках. Шел по густому лесу, руководствуясь только своим инфразрением. Земля влажная и густо усыпана сосновыми иглами. Я двигался почти беззвучно. Подошел к основанию холма и нашел небольшую поляну, густо поросшую папоротником и туземными травами. Вверху зашуршали листья, и я замер. С холма навстречу мне сбежало косматое существо, похожее на оленя, его преследовало другое, большего размера, полусобака-полумедведь. Этого хищника я видел в симуляторе, он охотился на снежных полях. И в симуляторе мой лазер только рассердил зверя.

Они бежали через поляну, и мне негде было укрыться. Я схватился за мачете. Косматое травоядное пробежало мимо, задев меня за левую руку. Морда и пасть у него очень похожи на оленьи.

"Теперь хищник нападет на тебя", - подумал я и подготовился. Но хищник следил за добычей и даже не повернул ко мне глаз. В последний момент я решил не привлекать его внимание и не рисковать ударом мачете. Он пронесся мимо с запахом грязи и чеснока.

Плеснула вода в ручье, потом зашумели кусты на том берегу. Я долго ждал. Не знал, насколько обычны здесь большие хищники и не хотел встретиться еще с одним выше по холму. Такой зверь не сможет переварить меня, усвоить мой протеин и жир. Но ведь он об этом не знает.

Я решил, что лучше поговорить с Тамарой утром и вернулся к своей броне. Глаза у меня отяжелели, в них словно насыпали песка. Полчаса спустя я подошел к берегу, где оставил свое вооружение. Местность заросла кустами, и я пробирался через них. И услышал, как, перекрывая шум воды, хрустнула ветка. Я так хотел спать, что не был уверен, слышал ли это на самом деле. Приближаться не хотел, но понимал, что должен взять свое вооружение.

Я крикнул:

- Кто здесь?

Хотел испугать животное, прячущееся в кустах. И тут же женский голос со странным акцентом отозвался: "Кто здесь?", и его подхватило много женских голосов: "Кто здесь? Кто здесь? Кто здесь?"

Я подумал - нелепая мысль, - что несколько японок выследили нас и теперь крадут мое вооружение. Прыгнул в кусты и оказался лицом к лицу с существом, похожим на гигантского паука или краба. Черное в тусклом освещении, высотой в метр в плечах, хотя панцирь вдвое шире. Две огромных клешни толщиной с мое туловище. И в каждой клешне по небольшому кусту. Существо размахивало ими, словно преграждая мне дорогу. Мягким женским голосом оно произнесло: "Кто здесь? Кто здесь?" И, по-прежнему держа перед собой кусты, попятилось к ручью.

Их были десятки, этих гигантских крабов, все они держали перед собой в клешнях кусты и говорили "Кто здесь?", пятясь к воде.

Я так удивился, что застыл неподвижно. У каждого краба у основания мандибул есть орган, состоящий из нескольких трубок, и из них исходит голос. Последним крабам я крикнул:

- Анжело! - Они повторили: "Анжело! Анжело!" и с берега ушли в воду.