Читаем Мой муж – мой босс? полностью

Вот сейчас Борис, Давлат и Лиана что-то бурно обсуждают. Однако, когда я подхожу, замолкают.

Мой муж, лукаво улыбаясь, отделяется от группы, обнимает меня за талию и отводит к окну.

— Тиш, я тут подумал… — запинается, чешет затылок… — короче, нам тоже нужен малой. Срочно! Что скажешь?

И смотрит так пытливо. А глаза тёплые-тёплые. Ни одной льдинки.

Все возражения про фиктивность нашего брака, про его игры и манипуляции — отходят на второй план. Ведь он озвучивает сокровенное…

Но ответить не получается — меня отвлекает пиликнувший мессенджер…

Извиняюсь, спешно и злясь достаю гаджет. Ну надо же — сообщение от Зинаиды Сафроновны. Видимо, почуяла, что внук родился. Улыбаюсь, предчувствуя весёлый текст, но всякая радость улетучивается, когда читаю:

Нужно встретиться. Как можно скорее. Это касается тебя и отредактированной реальности. Никому ничего не говори и приходи одна. З.

Стою, хлопаю глазами, перечитываю в сотый раз и не знаю, что мне делать?..

Ложь — это не то, с чего следует начинать отношения. Я ещё зла на Давлата, окружившего меня враньём и манипуляциями, но если сейчас скрою от него сообщение Лампиной мамы — уподоблюсь.

Делаю вдох-выдох, шагаю к Давлату, показываю ему экран своего гаджета.

Это мой выбор. Больше никаких тайн. Они разрушают.

Давлат читает и по мере чтения его глаза округляются.

— Даже так? Интересное кино вытанцовывается, — о, отмечаю про себя, утащил мою фразу! — Тётя Зина решила пойти ва-банк.

Мне тоже не нравится это — не говори никому и приходи одна. Обычно, те, кто о таком просит, имеют нехороший умысел. Но это же Зинаида Сафроновна! Она знает меня сто лет. Она — мать Лампы! Вряд ли она станет желать мне зла.

Давлат смотрит на меня внимательно, его глаза — минуту назад оттаявшие — темнеют и снова холодеют. Он будто сканирует меня, считывает мысли, качает головой, верно распознав их…

— Тишенька, ты не представляешь, на какие преступления способны пойти люди, чтобы сохранить свою ничтожную жизнь. Некоторые готовы даже близкими пожертвовать…

Он поддевает меня пальцами за подбородок и заглядывает в лицо.

— Ты считаешь, что Зинаиде Сафроновне угрожает опасность? — говорю, открыто глядя на него.

Давлат лишь пожимает плечами:

— Она — человек Сана. Я никогда не лез в их игры. О том, что она — мама Лампы узнал ровно тогда, когда узнал о Лампе вообще. До этого знал, что у неё есть дочь — тётя Зина выторговывала для неё всяческие преференции. А я не особо интересовался — что там за дочь. И мне не нравится, что сейчас она зовёт тебя на встречу… Уверен, за этим стоит Сан. А там недалеко и до Романа.

Хмыкаю удивлённо:

— А Роман-то тут причём? У него же есть Элеонора?

Давлат разводит руками:

— В семье не без урода. Рома у нас — на два фронта: и по мальчикам, и по девочкам. Притом Сан занял место в его сердце куда раньше Эли. Так что не удивлюсь, если моя дражайшая мачеха — ловкий проект нашего белокурого Гименея.

Не перестаю удивляться тому, сколько скелетов в шкафах этой семьи. Наверное, даже если сделать генуборку и перетрясти всё на свете — один точно где-то затаиться и вылезет в самый неподходящий момент с киношным: "Бу!"

— Что делать будем? — перехожу сразу к сути.

— Ловить на живца, — без обиняков предлагает муж. Но, заметив мой испуг, спешит успокоить: — Не волнуйся, мы подстрахуем. Лиана, подойди сюда, детка…

Блондинка подходит, и Давлат излагает план.

…и вот я уже спешу навстречу. Зинаида Сафровна выбирает маленькую кафешку, безлюдную настолько, что наше с ней появление здесь вызывает перешёптывание у официанток.

Расцеловываемся, сажусь за столик и начинаю с хорошего:

— Поздравляю, Зинаида Сафроновна, в стали бабушкой.

Она качает головой и почему-то не радуется, хотя я показываю ей фото внука.

— Эх, — вздыхает, — как быстро выросла малышка Лампа. Наверное, её родители сейчас были бы счастливы, прыгали бы до потолка…

Едва не давлюсь чаем, кидаю на свою собеседницу недоумённый взгляд.

— Родители?

— Ага, биологические. Хорошие, честные, интеллигентные люди.

— То есть, Лампа — не ваша дочь.

— По крови — не моя. Да и по духу, слава богу, не стала…

Когда проходит первый шок, я всё-таки решаюсь спрашивать дальше:

— Но если её родители, как вы говорите, хорошие люди, то как они могли бросить свою дочь?

— Они и не бросали, — вздыхает Зинаида Сафроновна, и её обширная грудь высоко вздымается. Достаёт сигарету, закуривает, делает несколько затяжек, сбивает пепел и, наконец, произносит: — Я украла её…

Она переводит взгляд за окно, несколько секунд раздумывает — говорить или нет, но потом всё-таки произносит: