Читаем Мой любимый враг полностью

Поначалу он старался не обсуждать заседания, опасаясь, что для нее они связаны с тяжелыми воспоминаниями, а сама Джулия не задавала вопросов, чтобы он не подумал, что она ищет повода покритиковать его. Этот же страх не позволял ей попросить у него пропуск в зал суда, чтобы услышать, как он выступает, и ей пришлось довольствоваться тем, что можно было прочесть в газетах. Все они писали, что Найджел блестяще ведет обвинение. Нигде не упоминалось о некоей личности, стоящей за обвиняемым, и она пришла к заключению, что Найджел выжидает, чтобы вызвать Мэри Энсли на следующей неделе; тогда он раскроет то, что журналисты, несомненно, назовут «сенсационным продолжением дела».

К концу пятого дня Найджел был предельно измучен. Он все воскресенье работал у себя в конторе и возвратился домой почти в семь. К своему глубокому удивлению, он застал Джулию сервирующей стол к обеду и, пройдя через холл, остановился на пороге, глядя на нее.

— Здравствуй, Найджел. — Она улыбнулась, заметив его. Увидев его усталое лицо, она с трудом сдержалась, чтобы не подбежать к нему и не поцеловать. — Ты вечером дома? — спросила она как бы между прочим и быстро добавила: — Я имею в виду обед.

— Да, я обедаю дома и здесь же проведу вечер. А ты?

— Тоже. У Хильды сегодня выходной, поэтому я помогаю мисс Хамфри.

— Ясно. А что случилось с Уинстером? Обычно в этот день ты обедаешь с ним.

— Его нет в городе.

— Мне показалось или ты в последнее время реже с ним встречаешься?

Она проигнорировала вызов, сказав невозмутимо:

— Я увижу его в понедельник.

— Ну что ж, я должен его поблагодарить за то, что он отпустил тебя на выходные!

Ее обуревало желание сделать подобное уничижительное замечание по поводу их встреч с Сильвией, но решение не ссориться с ним помогло ей сдержаться. Нервы Найджела были на пределе, и ей следовало это учитывать.

В его поведении чувствовалось беспокойство: он то брал в руки безделушки и ставил их обратно на каминную доску, то переставлял бутылки на буфете.

— Ты уверен, что ничего не случилось? — спросила наконец Джулия.

Он резко обернулся и посмотрел на нее, как будто мысли его были где-то очень далеко.

— Случилось? А почему должно что-то случиться?

— Потому что ты мечешься, как тигр в клетке. Тебя тревожит ход слушаний?

— Я о них даже и не думаю. Да и вообще все решено: Мэри Энсли будет давать показания завтра.

— Уже? Почему ты мне не сказал?

— Не хотел тебя тревожить. Я договорился, что мой клерк встретит ее на станции и приведет прямо в зал заседаний.

— Если ты не беспокоишься о Мэри Энсли, то что же случилось? Ты все время в напряжении.

Он немного помолчал, как будто взвешивая ее слова, прежде чем ответить.

— Если хочешь знать, я думал о нас.

Сердце Джулии заколотилось. Здравый смысл подсказывал ей, что надо сейчас же закончить этот разговор, но любовь к Найджелу не давала ей произнести роковые слова, которые его остановят. Что бы ни случилось, она должна услышать, что он хочет сказать…

— Ты, наверное, знаешь, о чем я думаю, — говорил он тем временем, — и если ты считаешь, что есть…

Его прервал резкий звонок телефона. Нетерпеливо вскрикнув, он поспешно вышел, чтобы взять трубку. Джулия откинулась в кресле и сжала руки. Они дрожали в такт нервным ударам ее сердца. Из холла явственно доносился голос Найджела, его слова звучали резко и тревожно.

— Что вы сказали? Когда?.. Да, конечно. Понимаю. Нет, я больше ничего не могу сделать… Сообщите мне, если будут какие-нибудь новости. Не допустите, чтобы эта история попала в газеты. Я буду ждать вашего звонка. Да… Спасибо. До свидания.

Джулия услышала, как он повесил трубку. Когда он вернулся в комнату, выражение его лица так изменилось, что она поняла: произошло нечто непоправимое.

— Мэри Энсли, да?

— Да.

Он кинул на нее взгляд, полный такого отвращения, что она отпрянула.

— Что с ней?

— Ее увезли в сумасшедший дом.

— Но почему? Она не была больна!

— Она в шоке. — Он подошел к камину и встал перед ним, засунув руки в карманы. По выражению его лица Джулия поняла, что разговор еще не закончен.

— Что еще, Найджел? Ты не сказал мне всего, да?

— Не сказал. — Он остановился и взмахнул кулаком. — Если бы я мог добраться до этого…

— Найджел, что произошло? Бога ради, скажи мне!

— Что можно сказать? Все кончено. Кончено, слышишь? Для меня все кончено! Человек, от которого я прятал мисс Энсли, сумел до нее добраться.

— О нет!

— О да! Одному Господу известно, что он ей сказал, но это повергло ее в ужас. Видимо, твоя няня вышла куда-то, а когда вернулась ближе к вечеру, то нашла мисс Энсли в истерике. Она вызвала врача, и тому удалось ее успокоить, но в конце концов бедную женщину пришлось отправить в больницу.

Джулия почувствовала, что у нее волосы на голове зашевелились от ужаса.

— Он… он пытался ее убить? Этот человек?

— Не знаю. По крайней мере, напугал до смерти. Единственные более или менее внятные слова, которые удалось от нее добиться, — это то, что она не будет давать показания, иначе умрет.

— Не могу этому поверить! Неужели кто-то настолько безумен, что пойдет на убийство?

— Ее жизнь — против его свободы, — сказал Найджел.