Читаем Мой личный врач полностью

– Не могу. Я при исполнении, – ответила я, указав на фотокамеру, которая висела у меня на груди. – Скажите, Дмитрий Александрович, а вы не знаете, что представляет собой господин Раскатов, который владеет «Микросхемой»?

– Конечно, знаю. Ушлый и дошлый мужик. И самый первый конкурент Антона. Деньги сколотил на продаже цветных металлов еще в годы перестройки. Оброс серьезными связями. А потом купил у нас в Технограде завод такого же профиля, как и у Антона. В электронной промышленности он, конечно, ничего не смыслит, но в интригах и аппаратных играх большой дока. Недавно провернул великолепную аферу: раструбил, где только можно, что готов наладить производство отечественных микросхем с топологическим размером восемнадцать сотых микрона. Доброе наше государство ему поверило и выдало немалую денежку под это благородное дело. Через полтора года он отрапортовал, что пустил новую импортную линию. Принимать ее приехал один ну о-о-очень высокий государственный муж, правда, тоже ни бельмеса не смыслящий в электронике. И хитрый Раскатов вместо суперсовременной линии представил ему конвейер, который чипы для Московского метро печатает. Говоря образно, повесил ему на уши лапшу, а тот ее и скушал.

А внучок мой господину Раскатову как кость в горле, потому что он на нашей слабенькой технологической базе сумел создать оригинальную подложку для «выращивания» интегральной микросхемы. И дело это очень даже стоящее, это не билетики для метро штамповать.

Дмитрий Александрович доел последний кусочек мяса, запил его глотком «Киндзмараули» и благодушно посмотрел на меня.

– А чего это ты им заинтересовалась, Лизавета?

Я пожала плечами:

– Да так. Просто Евгений Эммануилович по нашей с ним большой дружбе только что рассказал мне, что гувернантку Яну он рекомендовал жене вашего внука по просьбе госпожи Раскатовой.

Дмитрий Александрович посерьезнел.

– А Павел про это знает?

– Полагаю, что вы поделитесь с ним этой информацией.

В этот момент актер из детского музыкального театра в костюме Безумного шляпника и в гриме а-ля Джонни Депп объявил, что через десять минут начнется спектакль-карнавал «Алиса в Стране чудес», и всех детей и взрослых попросил переодеться в маскарадные костюмы.

Все засуетились. Я подошла к Вере Дмитриевне. Она, сидя в своем инвалидном кресле, примеряла шляпку в виде птицы додо. Рядом с ней стояла Ксана, сменившая свой ядовитый спортивный костюм на вполне приличное шелковое платье, и держала в руке накидку с изображением гусеницы.

– Лиза, а почему вы без карнавального костюма? – спросила меня Вера Дмитриевна.

– Почему же без костюма, – запротестовала я, – у меня на курточке нарисована ящерка Билли.

– А, ну да, вижу… Знаете, Ксения Петровна, – обратилась моя подопечная к сватье, – ваша дочка молодчина, такой веселый праздник сумела придумать!

– Да это не она, это ей Янка подсказала, когда она у своей прежней хозяйки работала, там такой же устраивали. Она и костюмы у той же фирмы взяла.

– Значит, это ей Яна подсказала, – задумчиво сказала Вера Дмитриевна, и мы с ней переглянулись.

На душе у меня заскребли кошки, вернее, зашевелились гены моих драгоценных прабабушек, которые обе обладали способностью чуять беду. Хотя что могло случиться здесь, среди праздничных столов и веселых людей, за этими толстыми стенами с колючей проволокой, притом что я своими глазами видела, как охранник Дима с пронзительными глазами чекиста пропускал через металлические воротца и досматривал вещи всех работников фирмы «Фиеста», организовавшей праздник.

Прозвучали фанфары, и народ потянулся к эстраде. Я осмотрелась. Галина Герасимовна, держа за руку дочь, чей наряд напоминал знаменитую иллюстрацию Джона Тенниела к одному из первых изданий «Алисы», блистала в костюме Белой королевы. Увидев направленный на нее объектив, она отбросила с лица прядь роскошных каштановых волос и чуть приподняла подбородок. Антон Зиновьевич, накинув на себя плащ бубнового валета, попивал вино в обществе какого-то солидного господина с картонной короной на голове. Я щелкнула затвором камеры. Поймав мой взгляд, господин Шадрин заговорщически подмигнул мне и приподнял бокал. Агнесса Николаевна, раздавая детям и взрослым шляпы, накидки, веера и шпаги, сдержанно улыбнулась мне в объектив. Какая-то леди, облаченная в костюм червонной королевы, удивила меня тем, что незаметно стащила со стола серебряную ложечку и сунула ее себе в карман. Этот момент я тоже ради хохмы запротоколировала.

Представление-карнавал удалось на славу. Артисты, приглашенные Верой Дмитриевной, были на высоте, а аниматоры из компании «Фиеста» оказались профессионалами своего дела. Представление закончилось веселыми играми. И тут я заметила, что не вижу среди присутствующих Алису и Яну. Я подошла к Ксане, которая, сбросив туфли, сидела в гордом одиночестве за одним из столиков, и щелкала крепкими зубами орешки.

– Я хотела Алису с вами сфотографировать, но что-то нигде не вижу ее.

– Да она от всего этого шума притомилась, и Яна ее увела в детскую, чтоб поспала часок. Дите-то совсем еще малое…