Читаем Могила Рона полностью

Возможно, вам это не кажется серьёзным, но позвольте кое-что вам объяснить: в моём башмаке живёт дракон. Об этом легко забыть, поскольку он очень мало говорит и почти ничего не делает. Но я никогда о нём не забываю. Думаете, я не чувствую, что в моём башмаке дракон? Он подёргивается во сне, обвивается вокруг моей лодыжки, закручивается хвостом вокруг моей стопы, когда ему надо потянуться, точит свои крошечные зубки (по крайней мере, я надеюсь, что он делает именно это) о мои ногти. Да. Я всё замечаю. И когда я задеваю пальцем ноги камень, это его злит. В данном случае он как раз точил свои крошечные зубки о ноготь моего большого пальца, когда этот самый палец врезался в камень, придавив дракону голову.

На мгновение его крошечное тельце обмякло, и я решил, что убил его. Проклятие, подумал я. Тайк будет в ярости.

Но потом в моём башмаке что-то загрохотало. Раздался рёв, похожий на шум урагана, и я упал на пол. Монтрот, стоявший всего в футе от меня, тоже упал, и на его лице отразилась тревога.

А потом впервые за несколько дней Лето высунул свою оранжевую голову из моего левого башмака и угрожающе оскалился.

– Саймон Фейтер, – произнёс он странно низким голосом, – ты олух[119].

Монтрот, пытавшийся встать с пола, громко вскрикнул и указал на Лето.

– Д-дракон, – пробормотал он. – У тебя д-дракон в б-башмаке.

– Неужели?

– Олух! – повторил Лето и ударил меня по голени крошечным когтистым кулачком. – Я согласился участвовать в твоих ничтожных приключениях не для того, чтобы ты неблагодарно попытался меня убить.

– Мне очень жаль, Лето.

Он подозрительно прищурился.

– Правда?

– Конечно.

Но на самом деле мне не было жаль. С тех пор как Лето, несмотря на свои невероятные драконьи способности, несколько раз отказывался прийти мне на помощь (в том числе в тот раз, когда мне отрубили мизинец), я довольно сильно к нему охладел. Я весь день согревал его и старался, чтобы ему было уютно. И ночью тоже (он заставляет меня спать в башмаках). А что он сделал взамен? Ничего. Он появился и спас меня, когда моя жизнь была в опасности? Нет. Он предупреждал меня, когда Тайк выпрыгивала откуда-то сзади и собиралась меня ударить? Нет.

Кажется, Лето догадался, о чём я думаю.

– Хочешь сказать что-то ещё?

– Нет, – холодно ответил я.

– Отлично. Тогда в следующий раз будь осторожнее. И, Саймон, я думаю, тебе пора начинать менять носки дважды в день. У меня утончённое обоняние.

И с этими словам Лето снова уютно устроился в моём башмаке и исчез из виду.

– Боже милостивый, – прошептал Монтрот и снова поднялся на ноги. – Если бы я не увидел это собственными глазами, то не поверил бы. Дракон. Настоящий дракон, и он живёт в твоём башмаке. О подобных вещах не слышали со времён глубокой древности. Каково быть удостоенным такой чести?

– Потрясающе, – ответил я. – Так мы будем драться или нет? – Я бросился вперёд, надеясь застать Монтрота врасплох, но он отбил мой удар и стукнул меня по голове метлой, всё это время бессмысленно глядя на мой башмак.

Голову пронзила острая боль. Я сердился на дракона, а теперь совершенно вышел из себя.

– Ай! – взвизгнул я. – Вот оно! – Я с ожесточением сунул руку в карман плаща, повернул новую кнопку и начал танцевать польку.

Я пытался остановиться, но не мог. Танец длился около двадцати секунд, и всё это время Монтрот хохотал, а Дрейк напевал застольную песню минотавров.

Когда всё закончилось, Монтрот бросился ко мне, и я отскочил в сторону. Я повернул другую кнопку (D1), и моя метла как будто содрогнулась. Мгновение спустя я держал в руке десять мётел вместо одной.

– Круто, – сказал я и начал швырять их в голову Монтроту. Конечно же, ему удалось с лёгкостью увернуться. Мётлы, от которых ему не удавалось уклониться, он отбивал прямо в воздухе, как джедай. («Ух ты! – воскликнула Тесса. – Он такой талантливый».)

– Я тебе покажу талантливого! – крикнул я и повернул новую кнопку.

Воздух разорвал чудовищный, неприлично громкий и смачный пук.

Все застыли на месте.

Тайк первой пришла в себя.

– Ты в порядке, Саймон? – спросила она.

– Да, – ответил я. – Это всё плащ. («Ну конечно», – заметила Тесса.)

К счастью, запаха не было. Думаю, один звук мог бы вполне отвлечь врага, если бы я знал, что произойдёт.

Монтрот атаковал, я увернулся, перекатился на бок и повернул очередную кнопку. Когда я поднялся на ноги, в руках у меня был старинный дисковый телефон[120]. Я с усилием швырнул его в Монтрота, и по какой-то странной причине телефон в него попал. Прямо в голову. Кто бы мог подумать? Телефон ударил его с такой силой, что раздался звон, и Монтрот упал на одно колено.

(«О нет, Саймон! – крикнула Тесса. – Ты его убил!».)