— С настоящего момента и до окончания дипломатической миссии ты поступаешь в полное распоряжение Веты Аркадьевны, — добил его Сергей Сергеевич и, дождавшись утвердительного кивка, перевел уже значительно потеплевший взгляд на меня. — Веточка, я полностью полагаюсь на ваше понимание ситуации и, к сожалению, к имеющимся сведениям добавить ничего не могу.

— Ваше превосходительство, бог с ними, с подробностями, с этим я действительно разберусь сама. Но вот цель миссии мне не вполне понятна; что от меня требуется?

— Договориться, — вздохнул Аристов. — Конечно, было бы идеально, если бы вы сумели расположить их к длительному мирному контакту, но это перспектива. Сейчас для нас главное — разрешение разместить на их территории гиперпрыжковый ориентир. Это бы на порядок упростило навигацию в том секторе пространства и, кроме того, позволило бы упрочить наше положение. Господин Ветров обеспечит нам бесперебойную связь, и, если возникнут какие-то вопросы или подвижки, — сообщайте немедленно. Данный проект курируют опять же лично Их Императорское Высочество, и для них это дело чести, вы же понимаете?

Я медленно кивнула: понимаю.

Цесаревич был молод, ему не было еще двадцати лет, и со свойственной юности горячностью он стремился к идеалу, мечтал совершить что-то, никем прежде не свершенное. Надо думать, он очень волновался за исход этой операции. И за меня тоже волновался — великий князь был очень благородным и добрым юношей.

— Полагаю, это все, и я могу вернуться к работе? — уточнила я.

— Да, разумеется, можете идти. Удачи не желаю; верю, что вы справитесь сами, как, впрочем, и обычно.

На этом мы распрощались, и я в сопровождении Одержимого и недовольно косящейся на него Царицы покинула кабинет высокого начальства.

Ветров оказался действительно очень высоким мужчиной, выше меня на голову; наверное, чуть меньше двух метров ростом. Высоким, сильным, с резкими порывистыми движениями, широкой размашистой походкой и безукоризненной военной выправкой. Стоя он предсказуемо производил еще более давящее впечатление.

— Вы решили проводить меня до стоянки? — озадаченно уточнила я, потому что Одержимый упрямо держался рядом, хотя мой неторопливый шаг явно был ему не по нраву.

— Ну, я же поступил в ваше распоряжение, Вета Аркадьевна, — с непередаваемой интонацией процедил он в ответ. Искоса глянув на спутника, я не удержалась от тяжелого вздоха и изменила конечную цель маршрута. Наживать врага в лице единственного сопровождающего совершенно не хотелось, поэтому стоило хотя бы попытаться разобраться во всем сразу, по горячим следам. Очень не хотелось тратить на это время и силы, но…

Вот почему лучший из лучших Одержимый не мог иметь более мягкого характера?

Впрочем, что это я. Вряд ли бы он тогда стал «лучшим из лучших». Да и биография наверняка не способствовала смягчению и появлению таких качеств, как терпение и покладистость; кстати, стоило вечером с ней ознакомиться, чтобы избежать сюрпризов. На вид ему было около тридцати пяти, но по Одержимым всегда довольно сложно судить о возрасте. А если верить чутью, я была готова поклясться, что последнюю войну мой спутник прошел целиком. Да и после этого вряд ли подвизался при штабе. Погоны свои он наверняка заслужил собственной кровью, а у таких людей презрение к «штабным», к которым легко можно было отнести и меня, зачастую записано на подкорке.

Глава вторая

Подготовительный этап

Скоростной лифт спустил нас на несколько этажей. Ветров озадаченно хмурился, косясь по сторонам, — похоже, в здании Департамента он прежде не бывал, — но молчал. Встречные здоровались со мной, провожали Царицу улыбками, а Одержимого — любопытными взглядами, и мужчине роль медведя на веревочке явно не добавляла настроения. Впрочем, путь закончился довольно быстро — в одном из небольших кафе. Выбор мой пал именно на это заведение просто потому, что оно было достаточно высокого уровня и здесь имелись отдельные кабинеты, а мне хотелось побеседовать в спокойной обстановке без лишних глаз.

Когда распорядитель зала, и слова не сказав при виде собаки, вежливо проводил нас в небольшую уютную комнатку с круглым столом в объятьях удобного дивана, Ветров начал коситься на меня озадаченно. Но, что и требовалось, ощутимо расслабился; непривычная обстановка и незнакомые лица, от которых неизвестно, что ждать, его явно настораживали, а сейчас… в самом деле, какая угроза может исходить от субтильного вида особы, да еще женщины? Тут впору было напрягаться мне, а не ему.

Я взяла крепкий черный кофе, мужчина — крепкий черный чай. Заказ ждали молча, а когда дверь за официантом закрылась, я нарушила тишину.

— Игорь Владимирович, наше знакомство сложилось не лучшим образом, а мне бы не хотелось начинать совместную работу с конфликта, — мягко проговорила я.