Читаем Модус вивенди полностью

Маршрут экскурсии я себе наметила довольно давно, еще когда бессмысленно тратила время в компании одного из младших варов. Тогда совесть не позволяла бросить незаконченную работу и предаться безделью, а теперь было самое время для любопытства. Я планировала погулять по лишайниковому лесу, посмотреть на дикие скалы и стерильно-прозрачные озера, взглянуть на океан, из которого жизнь (не считая все тех же лишайников) еще не вышла на берег.

Я раздумывала, стоит брать с собой Ветрова или нет, но почти не сомневалась, что моего согласия Одержимый не спросит и продолжит исполнять роль моей тени. Независимо от моего желания это была его работа, и я тоже не собиралась мешать ему ее выполнять.

С мужчиной я почти столкнулась в дверях, только неловкости при этом уже не испытала. Во-первых, привыкла, а во-вторых, несмотря на переговоры, я оставалась достаточно вменяемой, чтобы не забывать о пижаме.

— Решила отоспаться перед дорогой? — насмешливо уточнил он.

— И это тоже, — не стала спорить с очевидным. — Сегодня отдых и экскурсия; мы же вроде бы при тебе обсуждали это со старшим? — озадаченно вскинула я брови, в ответ на что Ветров недовольно скривился.

— У меня мозги начали выкипать еще тогда, когда ты общалась с предыдущим, так что я не слушал.

— Игорь, можно я выйду? — вздохнула я, потому что мужчина своими плечами полностью перегораживал неширокий проход и явно не спешил его покидать.

— Пожалуйста, — ухмыльнулся он, поворачиваясь боком. Понимая, что препираться с ним можно бесконечно, потому что процесс доставляет этому наглецу удовольствие, я невежливо (спиной к мужчине) протиснулась между ним и стенкой. И даже не удивилась, что так просто он меня не пропустил и не упустил случая приобнять и прижать к себе. Более того, я была настолько вымотана, что даже ругаться и рваться на свободу не стала — просто спокойно замерла, уцепившись ладонью за край узкого дверного проема, дожидаясь, пока ротмистру надоест.

Зачем он при малейшей возможности так резко возвращается к привычной бесцеремонности, если вполне умеет быть нормальным? А еще интересно, где у этого человека находится тумблер переключения с рабочего режима на бытовой и обратно и как его можно надежно зафиксировать в первом?

А самое главное, что ему все-таки от меня надо?!

Я уже почти собралась задать этот вопрос вслух, но мужчина наконец разжал руки.

Вот в чем Ветрова нельзя было упрекнуть, так это в неумении держать слово. Несмотря на то что он продолжал сопровождать меня постоянно, порой вел себя очень странно и зачастую здорово раздражал, принимать водные процедуры не мешал, как и обещал. Честно садился прямо на пол спиной ко мне и, судя по неподвижности позы, попросту дремал. Первое время я нервно на него косилась и старалась спрятаться за потоками воды, но потом привыкла и поверила.

Вот и сейчас мужчина не изменил привычному порядку действий: вышел из спальни вслед за мной, окинул центральную комнату цепким взглядом и занял привычное место почти напротив выхода.

Зачем мне нужна эта прогулка и чего я вообще от нее хочу, вар так и не понял. Кажется, традиции «погулять, подышать свежим воздухом» у них не существовало в принципе. Желание посмотреть пейзажи было ему знакомо, понятие «красоты природы» — тоже, но вот зачем для этого спускаться на землю и ходить ногами, я так и не смогла объяснить. А вернее, не очень стремилась: мне хватало собственных проблем с пониманием чужой культуры, чтобы решать еще и встречные.

Впрочем, вспоминая родную планету варов, удивляться подобному было тем более глупо.

Экскурсию я решила начать с погружения в океан (оказалось, местные транспортные пузыри такое умели), то есть с наименее увлекательного. Просто потому, что в толще воды интересно наблюдать исключительно за местными обитателями или растениями, а ни те ни другие разнообразием не отличались.

Вода была почти непрозрачная и походила на воду какого-нибудь пруда к концу лета — желто-зеленая и мутная от обилия микроскопических водорослей. Среди этого бульона плавали медузы или кто-то на них похожий — полупрозрачные синеватые и зеленоватые студенистые шары, размером от мелкой жемчужины до настоящих гигантов почти с наш шар размером. Кроме того, в изобилии водились странные панцирные существа — нечто вроде гибридов крабов с моллюсками; большинство бегало по дну, но некоторые вполне ловко загребали «веслами» роговых наростов. И они были единственным, что вносило разнообразие: шустро перемещались и отличались многообразием форм и видов, от длинных змееобразных тварей с кольчатыми сегментами «брони» до раковин почти привычной формы, только на ножках.

Вынырнув из воды, мы полетели над побережьем к следующей точке, где, собственно, планировались высадка и начало прогулки. Мужчины стояли посередине шара, одинаково неподвижные и сосредоточенные, я же очень быстро присела на теплую шероховатую прозрачную поверхность — почему-то так было удобнее наблюдать за окружающим миром.