В сентябре 2016-го The Lancet Neurology опубликовало большое РКИ по выживаемости инсультов с тромболизисом и без, и оказалось, что в течение трех лет значимой разницы по выживанию нет: на тромболизисе больше умирают в первую неделю, зато потом оставшиеся умирают меньше. То есть получается, что тромболизис ускоряет смерть пациентов, и так умирающих в течение трех лет без него. Встает большой вопрос – надо ли оно вообще и нужны ли на каждом углу дорогущие инсультные центры?

Профилактика

См. основную статью ЗОЖ.

Пока вы младше 65 лет, после которых происходит 2/3 инсультов, бояться их НАДО в любом случае, поскольку вся ваша жизнь до этих лет и формирует благоприятную основу для удара внутри головы. Хорошая новость в том, что 80 % инсультов (и инфарктов) можно предотвратить.

• До 40 лет: меньше курить, пить и жрать; больше бегать.

• После 40 лет: врач, аспирин, контроль АД; больше бегать.

Еще

• В других органах тоже бывают такие проблемы: апоплексия яичника, ишемия кишечника и, конечно же, инфаркт миокарда.

* * *

Самое главное в инсульте после периода быстрого реагирования, который длится 4 часа, – это реабилитация. Как же реабилитируют у нас в стране?

0.5. Волшебная реабилитация инсульта

Полгода назад у моего деда был инсульт, не очень тяжелый, но руку и ногу пришлось возвращать к движению немалыми усилиями. Как человеку, долго проработавшему на железной дороге, ему с барского плеча было выдано направление на реабилитацию в больницу, имеющую одно из самых хороших (как казалось ранее) отделений этой тематики в СПб, которая почти напротив Большого дворца в Петергофе.

В больничке его посмотрели, сказали, что очередь на реабилитацию около года (ГОД! Реабилитация инсульта! Через год там нечего реабилитировать!), но из-за обнаруженного ими высокого потенциала к восстановлению дедули ему было предложено лечь вне очереди в ближайшие сроки, как только анализы для поступления сдаст. Манна небесная, да без взяток и платных палат! Ок, анализы собраны, дед положен на 40 дней с надеждой избавиться от костыля и разработать руку.

Приезжаю через неделю. Дедуля читает анекдоты, за которыми сам ходит в соседний ларек, жалуется на руку, но бегает почти без костыля. Неплохо, а как лечат-то? «Ну, капельницы три раза в день». И все. Ответ медсестры на вопрос «А что за капельницы?» был ясен до того, как она открыла рот – актовегин, мексидол, кортексин. Золотой стандарт «терапии» в нашей многострадальной стране. Потом ему делали какой-то массаж несколько раз, и все, никаких тебе локоматов (пылятся в больничном коридоре) или лечебной физкультуры. Лечащий врач сказал, что не показано: «А зачем? Ходит ведь и так!» Ну, может хотя бы баклофен и карбамазепин, чтобы снять боль в спастичной руке? «Нее, он уже кетопрофен получает!» Полный каминг-аут.[11]