Читаем Мне — 65 полностью

Позвонил один из старых знакомых еще по советским временам, теперь он хозяин большого книжного магазина, естественно фантастики. Попросил приехать и встретиться с читателями, мол, у них ежемесячно проводятся такие встречи, уже побывали… и назвал ряд фамилий. Из которых я, естественно, ни одну не запомнил, что-то очень новое. Рассказал, что в этих случаях обязательно заранее дают сообщение о предстоящей встрече в газете, что интересуется книгами, у них там постоянная рубрика, приходят читатели, там есть чай и кофе. Уютная обстановка, столы и стулья…

В те времена я еще выписывал ту газетку, видел такие объявления и по мере того, как подходила встреча, ожидал увидеть о сообщение о предстоящей встрече с Никитиным там-то и во столько-то. Такого сообщения не было, позвонил в магазин, там заверили, что все в порядке, встреча не отменяется, а сообщение просто… ну, наверное, не успели сдать в печать.

Я приехал, в самом деле милый магазин, столы, стулья, приветливая барменша наливает чай и кофе. Правда, за столиками народу маловато, но ничего, родные все, мы же все любим фантастику, значит – братья, сел, мы начали разговор. Правда, сразу удивила откровенная враждебность окружения, но мою толстую шкуру этим не пробьешь, с тем же дикарским радушием я рассказывал о фантастике, отвечал на вопросы, в конце встречи расписался на стене и отбыл.

Через пару недель в той же рубрике в той же газете появилось сообщение о состоявшейся встрече с «фантастом Никитиным». Только тогда до меня, как до жирафы, дошло, что случилось на самом деле. В магазине до меня уже происходили встречи многих пишущих в этом жанре, о каждой в газете предупреждали заранее, что состоится встреча со «знаменитым писателем-фантастом…», «писателем…», «крупнейшим писателем в жанре фантастики…», и только единственный Никитин не удостоился слова «писатель», хотя как раз он единственный является членом Союза Писателей с семьдесят седьмого года, а кроме работ в жанре фантастики, имеет ряд книг в твердой прозе, в историческом жанре.

Все стало понятно. Братством мы были, когда нас было мало и когда нас давила и презирала власть. А теперь, когда сво-бо-да, тут же началась грызня.

Естественно, вскоре тот магазин захирел и закрылся, вот что значит принести интересы читателей в жертву каких-то интриг, а та газетка начала стремительно терять тираж, который с нескольких миллионов сократился до тысяч. По теме добавить можно еще, что фамилия «Никитин» исчезла даже из рубрики «Сигнальные экземпляры». Да-да, той самой рубрики, где должны появляться и появлялись сообщения о книгах других авторов.

После этих грязных трюков я полностью отказался от всяких интервью, выступлений и прочей ерунды, что впоследствии назвали раскруткой и пиаром. Теперь, после падения Советской власти есть возможность напрямую обращаться к читателям, так зачем мне посредники? Кто силен, тот силен!

Затем, при этой бурной жизни, хозяину приспичило продать квартиру, нам пришлось срочно искать другое место. Сняли в детском садике на первом этаже часть крыла. Заняли его книгами, там же и ночевали, охраняя книги.

В детском саду Лилия предложила робко, что хорошо бы завести собаку или кошку, я задумался, кого из них, ибо здоровый инстинкт сильного всегда заставляет о ком-то заботиться, а когда дети вырастают и разлетаются, то потребность заботиться о ком-то, менять пеленки и вытирать нос все равно остается…

С детства подбирал котят и щенков, приносил домой, выхаживал. И периодически у меня жили то кошки, то собаки. Но вот, когда в очередной раз восхотелось завести дома что-то такое вот, петовое, бесполезное, но приятное, задумался: кошку или собаку?

Сперва хотел было кошку, потом понял, что руководствуюсь прежде всего трусливой мыслью, что с кошкой просто меньше хлопот: не насрет на улице, не гавкнет на прохожего, а тот не закричат мне: уберите собаку, ходят тут всякие без намордника… а потом, уже став кошатником, начну искать себе оправдания и буду рассказывать о загадочной натуре кошек, о непостижимости кошачьего характера, потому кошек предпочитают собакам… И уже совсем было решился пойти на Птичий рынок и купить котенка, как, проанализировав доводы, понял, что движет мною обыкновенная обывательская трусость. Конечно же, кошка в любом случае не нагадит на тротуаре: сидит в квартире, а за собаку надо отвечать… отвечать же никто из нас не любит.

Потому многие заводят кошек, а затем начинается обязательный процесс поэтизации своего выбора, своей позиции. Начинают придумывать разные фантастические версии о гордости кошек и рабскости собак, о непостижимом уме кошек и прочих их достоинствах. Ну это как если человек, не в состоянии выбраться из бедности, начинает говорить, что он и не старался достичь достатка, ибо бедность – не порок, а все богатые – сволочи.

Поэтизация своего образа жизни необходима, иначе человек если не удавится от тоски, то в лучшем случае наживет себе язву. А так ходит гордый, мол, всех денег с собой не заберешь, зато я свободный, ну и что, если я в говне, – зато душа у меня чистая…