Читаем МММ/ММ полностью

Теодор повёл рукой, и только теперь Виктор приметил, что несколько комнат имеют серые стальные и очевидно бронированные двери. Вдоль стен тянутся громоздкие связки кабелей. "Словно кишки в чреве дракона".

– Мы так и не познакомились, – напомнил хозяин. – Мы стали одной семьёй…в каком-то смысле. Было бы неплохо узнать друг друга.

– Согласен.

– Меня вы знаете. Теодор Ильич Капланский. Непризнанный учёный и признанный бизнесмен. Прошу учитывать такой порядок приоритетов. А вы?

Виктор молчал.

– А вы?

– Виктор Андреевич Кудрявцев. Товаровед. В любом порядке. Последний муж вашей первой жены.

– Остроумно.

Теодор взял Виктора под руку. Они пошли по коридору. Виктор коснулся пальцами камня и удивился, какой он приятный на ощупь.

– Это средиземноморский ракушечник, – отреагировал Теодор. – Солнечный камень. Сохраняет тепло даже в нашей северной глуши.

– Кстати о глуши, – вспомнил Виктор. – Недалеко от вашего дома я видел оленя. Труп оленя. Он валялся у дороги…

Невольно припомнилась раздувшаяся туша. Развороченный череп, вывалившиеся на траву мозги. Вокруг глянцевой закровавленной раны копошились жирные черви.

– Виноват! – произнёс Теодор.

Он положил ладонь на грудь. От этого жеста стал похож на маленького пажа, который кается перед своим разгневанным господином.

– Виноват. В моих угодьях случился гон. Олень трубил, словно безумец. Несколько ночей я терпел, потом пристрелил нарушителя спокойствия.

– Вы ходили на охоту?

– Не совсем. У меня есть крупнокалиберная винтовка с оптическим прицелом. Когда олень оказался в поле зрения, я… пум!

С неожиданным проворством Теодор коснулся лба своего собеседника, давая понять, что именно произошло с оленем.

– Печально, – ответил Виктор.

– Почему? Олени дерутся за своих самок, вы разве не знали?

– Кажется.

– Можно считать, что мы вступили в единоборство. Я победил.