Читаем Млечный Путь, 2012 № 03 (3) полностью

«Остальные свидетели» выглядели донельзя удивленными и растерянными. Возможно, сам лергоец был растерян не менее, только что разберешь на этой осьминожьей физиономии?.. Да, вот именно.

— Ведь это вы, Декс были очевидцем моего озарения. И не просто очевидцем, а непосредственным участником, даже катализатором. Поясню для остальных, чтобы все находились в равных условиях.

Впервые попав в корабль Декса, я увидел там голограмму лергойца, которую принял за изображение самого хозяина. Вполне естественное предположение. Я даже ничего не стал уточнять. Но, когда я посетил этот корабль во второй раз и разговор случайно коснулся этой голограммы, выяснилось, что это вовсе не Декс. Это один из его близких родственников, который, по словам Гарромера, даже не слишком-то на него похож. Понимаете?

Нет, вижу — не понимают. Не хотят понять, а ведь я уже разжевал все тщательней некуда. Почти некуда, попробуем еще…

Вынув из кармана карточку, я быстро пробежался по ней пальцами. На экране исчезло изображение посадочной площадки, сменившись четырьмя стереографиями. На каждой из них был в полный рост изображен человек в оранжевом костюме заправщика. Один из них — Матвеев, трое других — темноволосые мужчины среднего роста и примерно одного телосложения с покойным. Я их выбрал из полицейской картотеки, одев в форму заправщика при помощи простенькой программы.

— Скажите, Гарромер, на какой из этих стереографий Матвеев?

Вот тут, кажется, до наших тугодумов начало помаленьку доходить. Особенно когда лергоец, помявшись несколько секунд, ответил:

— Не знаю, Руслан. Вы не обидитесь, если я скажу, что для меня они все на одно лицо?

— Не обижусь, Гарромер, ни в коем случае не обижусь. Обижаться было бы глупо. Как для землян на одно лицо все лергойцы, так и лергоец не может отличить одного человека от другого. Мы принадлежим к слишком разным расам. Вероятно, Гарромер смог бы еще отличить от Матвеева Елену Альбертовну, — тут Лена фыркнула, — или Илью — все-таки он на голову выше Сергея. Наверное, и Ивана бы не спутал с покойным — из-за цвета волос. Но разницы между двумя мужчинами среднего роста и комплекции с одинаковой прической лергоец заметить просто не в состоянии. Как вы понимаете, я говорю о Матвееве и Горовенко.

Вернемся к нашему рассказу. Эдуард убивает Матвеева, оставляет его в дежурке, одевается в запасную куртку заправщика и выходит встречать лергойца. Заправив его корабль и выждав момент, когда Декс повернется к нему спиной, Эдуард преспокойно хлопает того по спине.

— И лергоец убивает меня. Так, лейтенант? — саркастически спросил Горовенко.

Я осуждающе покачал головой.

— Не опускайтесь ниже своего уровня, Эд, не портите впечатление. — Жестом фокусника я достал из-за пазухи полоску плотной ткани стального цвета. Около полуметра длиной и сантиметров десять шириной, с креплениями на узких сторонах. — Этот материал на Земле называют протектором Хамуры. У нас в полиции из него шьют защитные костюмы. Классная штука — человек в нем сохраняет полную подвижность, а от внешних воздействий защищает очень эффективно. Не то, что под бейсбольную биту, под автомобиль попасть не страшно. Что уж говорить о щупальцах лергойца, не так ли, Эд? Только сегодня я выяснил, что этот материал используется и в технике, причем не только земной. Для защиты некоторых гибких деталей от интенсивных нагрузок. Такая вот полоска есть и в вашем корабле, Декс. Где-то в сервоприводе, точнее мне некогда было вникать. А около года назад Эдуард чинил на корабле одного лергойского туриста именно сервопривод… Наверное, тогда он подумал про себя, что эту полоску стоит надевать себе на шею, общаясь с лергойцами. На всякий случай. В шутку подумал, разумеется. Но вот надо же, всплыло в памяти, подсказало план убийства.

Я посмотрел на Горовенко. Он сидел с закрытыми глазами, запрокинув голову.

— Я изъял все протекторы с вашего склада, Эд. На Земле они будут подвергнуты экспертизе, и я съем свой полицейский значок, если на одной из них не обнаружатся частицы ткани, идентичного материалу костюма заправщика этой станции.

Закончил я быстро и скучно:

— Горовенко, с заранее надетым под ворот водолазки протектором, хлопает Декса по спине, тот рефлекторно сдавливает ему шею, Эд падает, притворившись убитым. Как только Декс исчезает в северном коридоре, Эд встает, бежит в дежурку, снимает куртку заправщика, вытаскивает наружу тело Матвеева, кладет его на то место, где только что лежал сам, и убегает в свою комнату. На этом этапе убийца уже практически ничем не рискует, ведь даже если бы его застали с телом Матвеева, он мог сказать, что пытался оказать помощь, увидев лежащего Сергея.

Эдуард снова улыбался. Но это была совсем не та улыбка, которую я привык видеть за последние два дня. Не было в ней ничего веселого, только усталость. Я понял, что Горовенко готов сдаться. Хорошие игроки никогда не играют до мата, если избежать его невозможно. А исход суда мог легко предсказать и я, и он.