Читаем Млечный Путь, 2012 № 03 (3) полностью

Вздохнув, я решил зайти пока с другой стороны, а потом посмотреть, что получится. Очень гибкий подход.

— Где вы… то есть, где ты находился в момент смерти Сергея?

— Брось, Руслан, наверняка ведь уже знаешь.

— А почему? — поинтересовался я. — Может, я к тебе первому зашел.

Илья тоже вздохнул. С видом профессора математики, у которого спросили, а почему, собственно, дважды два равно четырем.

— Вон, — небрежный жест в сторону экрана, в котором была видна как на ладони вся посадочная площадка. — Давно уже прилетел.

— Понятно, — я не стал спорить и настаивать на ненужных ответах. — Не скучно одному на бильярде?

— А ты посмотри вокруг, Руслан.

Ничего не понимая, я огляделся.

— Да нет, я не комнату имею в виду. Всю эту чертову станцию. Тут везде скучно, что ты не делай. Семьсот чертовых квадратных метров — и это на месяц. Тут не до веселья. Тут или работаешь, или время убиваешь. Вот и тогда я — принял немного на грудь и пошел шары покатать. Присоединится кто — хорошо, нет, да и ладно.

— Ага. — Я цыкнул зубом. — Сухим законом, выходит, у вас тут не пахнет.

Илья усмехнулся. Криво, но не зло.

— А ты по какому ведомству, Руслан? На свою вахту — ни капли. Строго. А на отдых сто грамм можно себе позволить. Я ж только час как сменился, вот и решил принять на сон грядущий. Хозяин у нас человек понимающий, сам в свое время на заправке работал. Да и Михалыч не грузит.

— Михалыч? — я вытаращился на Тополева.

— Гарсия, значит. Ну, не Мигеличем же его звать. А без отчества я к начальству не привык…

— Ясно, — я хмыкнул. — Пусть будет Михалыч.

— Пусть, — Тополев кивнул. — И он не возражает.

— Продолжим, — сказал я. — Значит, в тот раз никто не составил тебе компанию в бильярдной?

— Нет. Горовенко заходил… минут за пятнадцать до случившегося, но играть не стал. Сначала, вроде, колебался, но потом сказал, что перекинется лучше в шахматишки с Михалычем.

— Тебя это огорчило?

— Как тебе сказать? — Илья поскреб небритую щеку. — Есть немного. Саныч единственный на станции, кто может у меня партию-другую выиграть.

— Ты так здорово играешь?

— Нет, это остальные так плохо.

Что ж… никуда не денешься, спрашивать надо.

— Илья, а что за человек был Сергей? Только в двух словах, очень коротко, хорошо?

Я всем своим видом дал понять, насколько важна для следствия краткая форма изложения фактов по данному вопросу.

— Нормальный мужик, — на лице Ильи проявилась гримаса, прочитать которую я не смог.

Вообще-то, я требовал не настолько короткого ответа.

— Это пустые слова, Илья, — я поморщился. — Он нормальный мужик, ты нормальный мужик, я нормальный мужик…

— Про тебя ничего не знаю, не скажу, нормальный ты или как. — Видимо, даже полусидячее положение стало для Тополева слишком тяжелым, и он лег на кровати, закинув ноги на спинку. — А Серега — он нормальный и есть. Не ангел и не подлец. Хорошего про него много рассказать могу, но и дерьма всякого в нем хватало.

Я посмотрел на заправщика с новым интересом.

— Не очень лестная характеристика для друга. Тем более погибшего.

— Правильная характеристика, — отрезал Тополев. — Честная. Я бы то же самое сказал, если бы Серега сейчас здесь сидел.

Илья помрачнел. Да, Матвееву здесь больше не сидеть никогда…

— Про дерьмо в Матвееве можно чуть поподробнее?

Тополев усмехнулся.

— Хорошее тебя, значит, не интересует.

— Интересует. Но во вторую очередь, — спокойно ответил я. — Работа такая.

— Дрянь работа! — безапелляционно выплюнул Тополев.

— А ты к нам не ходи. Ты про Матвеева рассказывай.

Я начал раздражаться. Немного. Это не имело никакого отношения к той агрессивности, которую люди невысокого роста якобы испытывают к здоровякам. Во-первых, рост у меня скорее средний. Во-вторых, я бы этого громилу в спарринге уделал пять раз из пяти. Наверное. В-третьих… Да что тут непонятного? Лежит тут, выделывается. А мне есть охота.

Тополев на мой выпад никак не прореагировал. Руки за голову заложил и в потолок уставился.

— Серега… Жадный он был. И злой от этого становился. Жадный — не в том смысле, что жмот, понимаешь, Руслан? Сотню до получки занять — это у него всегда можно было. Без проблем. Последние отдать мог. В кабак с ним пойти — тоже все правильно. Копейки не считал, гулял по-человечески.

— Где же тогда жадность-то? — спросил я.

— Была жадность, — Илья вытащил одну руку из-под головы и закрыл ладонью глаза. Будто ему свет мешал. — Ты не перебивай, я попробую все это… Денег он много хотел. Ничего в этом такого, конечно, я бы тоже от кучи бабла не отказался, но Серега прямо зациклен на этом был. Работ сменил только на моей памяти штук пять, постоянно какие-то планы строил, на тотализаторе играть пытался. Не регулярно, а выискивая информацию о грядущих сенсациях. Вся эта информация на поверку лажой полной оказывалась, конечно. Но Серега не унимался. Все надеялся, что где-то ему шанс подвернется. Банк сорвать. А тех, кто уже сорвал, он не любил. Сильно.

— Так это не жадность, — глядя на Тополева, я зевнул. Хотя отлично выспался. — Это на завистливость больше похоже.