Мажор полиции Майоров валялся в квартире, шевеля в мозгу захватывающие планы по поимке каких-нибудь незадачливых преступников, что могло бы поспособствовать повышению в звании, а то засиделся уже в майорах, пора уж и выше метить… Майоров был полицейским в третьем поколении, но вот странность: предел, которого достигали его дед и отец, было звание майора – настоящее проклятье. Тоже не пустяк, но ведь амбиции и аппетиты – искус известный… Но выше майора никто так и не прыгнул… В чем тут дело, Майоров никак не мог взять в толк… Тишину вечера взорвал телефонный звон: «Але, Михалыч? Задержали этих… которые по стенам пишут… ага, сейчас в отделении, в камере мурыжим…» – «Понял. Выезжаю…».

«Вот кто такие… Димас Добровольский, Никита Никольский и Денис Редисов… Не похожи что-то на зачинщиков, какие-то простачки… Говорят, что в первый раз пошли, дескать, это игра сейчас такая модная у молодежи… Никаких доказательств их вины нет… Растяпы курсанты, етить их, надо ж было задержать этих до того, как они успели что-нибудь написать… Всю доказательную базу профуняли. Намерение совершить – это еще не преступление… А жаль… Так можно было бы и этих прижать… Хотя на зачинщиков они как-то не тянут, слишком уж простецки попались… Видать, по правде какие-то простофили, решившие поиграть в крутых робин гудов… Да и на Гражданке уже ловили таких же стеномарак, но за недостаточностью пришлось отпустить… отпустить…».

Через пару часов выпустили стеносоюзников обратно, промурыжив в обезьяннике некоторое количество часов, однако предупредили, что по месту работы будет выслано официальное уведомление о задержании (с секретным предписанием), мол, пускай там работодатели самостоятельно наказывают провинившихся. Никита, памятуя о невыносимой занятости генерального, особенно в свете приближающегося корпоратива, предположил, что все как-нибудь образуется и на сей раз. Тем не менее, основатели С.О.Н.М. решили остаться на прежних позициях и деятельность приостановить, как договаривались. Тем более теперь, когда попались на волшебный крючок. Денис и Димас сделали заявления, что баста, полно, харе. Никита кивал и соглашался. Но следующей же ночью он вышел на ночь глядя прогуляться, оставив уже в одиночестве последнюю зарубку, своего удовольствия ради, ради которой во многом все и затевал, да все случая не представлялось. Так на элитарном доме Майорова, который без труда вычислился по социальной сети, Никита вечером штампанул: «НА ВСЯКОГО ЕГОРКУ ЕСТЬ ПОГОВОРКА». После чего уже и сам окончательно прекратил.

Кутеж да кипеж

Многое претерпел в веках русский язык, потерпел иноземных влияний и вливаний. То татары тарабарщиной наследят, то старательно и добровольно-принудительно от германцев-голландцев различных схватывалось технических штучек. Девятнадцатый век весь – время изысканных французских заимствований. Современный русский язык основательно занят перевариванием и усвоением англицизмов. То есть и раньше оттуда выпадало на русскую лексическую почву немало корней, а теперь так и вовсе. Но подозревают ли мойщицы полов и уборщицы помещений, что в табели о рангах, вероятно, проходят как какие-нибудь клининг-дизайнеры? А дама из отдела персонала, та самая, что принимает на работу мойщиц и уборщиц, мнит себя ведущим селекционером по клининговому рекрутингу. Вахтер – рядовой страж проходного двора офисного захолустья и знать не знает, что занят помимо разгадывания сканвордов еще и попутным гвардингом с фейс-контролем. Много всяких казусов с освоением инглиша в русских реалиях рождается: так уж вышло, что английский язык как функция в русском языке есть сплошной эвфемизм, привносящий в речь характерную англосаксонскую вежливость на грани лицемерия. Вот и бродят по Руси загадочные коллекторы и рейдеры, в сути своей – заурядные вымогалы и вышибалы. А благозвучней вроде как-то выходит, престижней и солидней. Так ведь и традиционный русский кутеж а-ля пей и гуляй да гармонь играй все чаще теперь корпоративом зовется. И там же происходит.

Когда в России случился первый корпоратив? Летописи на сей счет помалкивают, статистика не знает. Возможно, когда стало можно, тогда и прошел. Пусть действо и носило, видимо, характер заурядного совкового банкета с некоторыми элементами программы. То ли дело теперь! Размах корпоратива стал делом чести и принципа, своеобразным даже социалистическим соревнованием. Иные конторы круглосуточно экономят буквально на всем: на скрепках и кнопках для бухгалтерии, на вилках и салфетках для столовой, на бумажках и авторучках для трудящихся. На ремонт ветхого лестничного пролета годами и копейки не выделят. Бывает, что зарплаты месяцами «не плотют», задерживают из последних сил, зато уж корпоратив размахнут – с модными тамадами на первое, со звездами эстрады на третье, с оглушительными салютами на десерт. Как только ни выворачиваются – лишь бы кореша из конкурирующих фирм не смели засмеять на предмет скромности корпоративного застолья. Скромности, фатально несовместимой с широтой русской души.