Читаем Млечные муки полностью

Нет, Никита не решил, что ему срочно стоит собирать команду и пробовать стать звездой «Царя горы». Преуспеть хоть в чем-то в жизни – звучало заманчиво и заразно, чего там говорить. Вот только как-то сразу подумалось, что все это сильно смахивает на очередное оружие массового отвлечения перед выборами. Пускай народ выпускает пар в развлечение. Пущай бегает в «Царя горы», забивает голову турнирными раскладами, азартом и интригой, лишь бы только не задумывался, – не находил на то ни времени, ни сил, – почему это в стране случается столько сомнительных и спорных вещей? Хотя, как знать, быть может, мозг просто привык уже во всем видеть подвох и двойное дно? Быть может, кто-то искренне пытается возродить русские традиции, таким вот скрещением игр в царя горы и стенка на стенку, хоть и избрав на то коммерческую форму развлечений и досуга. Имеет ли данный «Царь горы» отношение к выборам или не имеет… вот в чем вопрос.

Только одного товарища и удалось склонить к участию в так называемых дебатах. Остальные же весьма умело соскакивали, прикрываясь каким-то сногсшибательным концертом, которого все якобы ждали круглый год. А потому приглашение на концерт политический воспринимали ужасно, пожалуй, как оскорбление вкуса и достоинства. Когда ребята подъехали к студии, ажиотажа там не царило. После некоторого выжидания перед политически-озабоченной молодежью произошло явление мужика в бороде, объявившего, что именно он будет руководить такими процессами как усаживание по местам и выстраивание эффекта присутствия широких масс. Ростовский говор выдавал в мужике заезжего политтехнаря. Он просил по возможности хлопать после речей – во всяком случае, обозначать движения руками, смахивающие на хлопки. Необходимые шумы и выкрики из зала потом наложат на картинку его подмастерья – начинающие политтехнарята. Словом, вменялось изображать интерес к происходящим в студии политическим типа дебатам.

Когда гостей усаживали по местам, на сиденьях уже валялись листовки-программки со сценарием назревающей идеологической борьбы. Сперва лидеры партий должны были выступить с пятиминутной речью, в которой изложить основные принципы и программу представляемых партий. После чего презентовать свои предложения по еще большему обустройству России и инструкции по ее окончательному и бесповоротному возрождению. Кто-то из гостей удивился, а почему так мало? Возможно ли в пять минут выразить свои политические убеждения и установки, ведь шутка ли, речь идет о будущем страны!? Мужик в бороде с негодованием глянул на юношу и поинтересовался, не студент ли он СПбГУ? Тот кивнул утвердительно. На что мужик в бороде отвечал: «Молодой человек, пора уже понимать, что пять минут – это тот самый предел, в котором наши политики могут не то что говорить, но и думать о будущем России. Они же завзятые реалисты и живут настоящим, в котором у руля. Потому и берут от жизни все, что захотят. Да, печально, что зачастую путем ущемления прав обычных граждан. И даже, как правило. Но и вы должны войти в положение и отнестись с пониманием… Так уж у нас заведено, так уж повелось. А у ребят сейчас, поверьте, весьма и весьма непростые деньки. Они в стрессе и бешенстве оттого, что вынуждены проходить всю эту утомительную и формальную процедуру перерегистрации, в рамках которой им приходится распинаться перед не пойми кем, отвечать по бумажке на написанные кем-то вопросы, давать пустые обещания, зная наперед, что они неосуществимы, во всяком случае, ими. Многие из депутатов искренне не понимают к чему вся эта волокита и суета, заигрывание с простолюдинами и обывателями, которым все равно ведь плевать, кто ими правит и для чего. И смею вас заверить, что будущее Лазурного берега или Туманного альбиона, куда они планируют перебраться, когда все будет кончено, заботит их куда больше, чем будущее России. Так что расслабьтесь и получайте удовольствие…».