Читаем Младенец в холодильнике полностью

В задней части клетки имелось нечто вроде конурки с закрепленной над ней падающей дверцей - видимо, в это помещение "киски" должны были уходить на ночевку. И заманить их туда можно было только куском мяса, но в тот момент я как-то об этом не подумал. Я орал на них, стараясь отпугнуть, заставить перейти в конурку, но ничего не получалось. Они лишь щерили зубы и огрызались в ответ. Какое-то время Лура наблюдала за моими действиями, затем вздохнула, давая понять, что просто не в силах этого более выносить. Открыла дверцу и шагнула в клетку.

Можете мне поверить, следующие пять минут были худшими в моей жизни. Я просто не осмеливался смотреть на Луру, не в силах был видеть, как эти твари сдерут с нее живьем кожу. Но то, что произошло потом... Короче, надо было родиться слепым, чтоб не увидеть, что эта девушка с кошками обращаться умеет. Войдя, она так и застыла на месте. Не сделала ни одного движения, ни жеста, ничего. А потом заговорила с ними. И ничего такого особенного она им не сказала. Так, бормотала себе под нос: "Ой, бедные киски, что ж это с вами такое случилось? Как же это, а?" Ласково так и тихо говорила. А потом взяла и подошла поближе.

И все эти киски распластались на животах и стали отползать в сторону, подальше от нее. А она подходила все ближе и ближе и наконец дотронулась до одной кошки ладонью и погладила ее по спинке. Потом занялась другой, и очень скоро все они у нее стали просто ручными. Затем она отошла, взяла мертвую кошку за лапу и вытащила из клетки. Я погрузил труп на тачку, отвез подальше и закопал.

Тут встает такой вопрос. Почему Лура утаила от Дьюка, что умеет обращаться с кошками, почему ни словом не обмолвилась о том, что заходила к ним в клетку? Лично мне кажется, она поступила так только потому, чтоб муж не почувствовал себя полным идиотом. А впрочем, кто ее знает. Ладно, как бы там ни было, но вечером за ужином она не сказала ему ни слова. Дьюк же, напротив, был сильно взвинчен и молол всякую чушь, не закрывая рта. О том, как кошки набросились на него, как ему пришлось забить одну из тварей до смерти, чтоб спасти свою жизнь, а потом пустился в долгие разглагольствования на тему, что представляют собой кошки. Что понимают они якобы только страх и палку, ну и так далее в том же духе. Короче, можно было подумать, что это не наш Дьюк, а сам Мартин Джонсон, недавно вернувшийся из джунглей, не иначе.

В тот вечер мне показалось, что Лура как-то особенно громко гремела тарелками, убирая со стола. И этот факт лично мне показался странным, потому как что ни говори и ни думай о Луре, но одно было ясно: женщина она уравновешенная и все всегда делает быстро и тихо. Так что, когда Дьюк как бы между прочим вдруг спросил, как это мне удалось вытащить дохлую кошку из клетки, я вдруг услышал собственный голос:

- Палкой, как же еще. - Больше я не добавил ни слова.

В такие моменты мимо пролетает маленькая птичка и подсказывает, как надо отвечать. Лура промолчала, и никто больше не говорил на эту тему. А если немного забежать вперед, то могу сообщить вам вот что: Дьюку так и не стало известно, как ловко она управляется с кошками. Она знала слово, вот что я вам скажу. И вывод этот я сделал не на пустом месте, а после всего того, что случилось позже, когда у нас появился горный лев.

Вообще-то это был никакой не горный лев, а пума. Но только в наших краях пум почему-то называют горными львами. Так вот, как-то уже ближе к вечеру, часов около пяти, эта тварь вдруг уселась на попу и завела такое вытье, что чертям стало тошно. Она выла всю ночь - прямо руки чесались взять дробовик, пойти и пристрелить гадину. И вот наутро, когда мы уселись завтракать, вдруг прибегает Дьюк и говорит: "Идемте, я вам сейчас такое покажу!" Ну, мы, понятное дело, вскочили и бросились за ним. И видим: там, в клетке, рядом с нашей пумой сидит горный лев, красивейший из всех, что я видел в жизни. Здоровенный, весом фунтов сто пятьдесят, не меньше, а шкура жемчужно-серая и вся так и лоснится, как пара новеньких перчаток. И еще на горле белое такое пятнышко. У горных львов, знаете, иногда бывают на шее белые пятнышки.

- Прошлой ночью спустился с гор, услыхав ее зов, - объясняет Дьюк. - И каким-то образом пробрался в клетку. Ну не придурок, а? Как заслышит вой своей киски, его уже ничто не остановит.

- Да, - сказал я, - это любовь.

- Точно, - кивнул Дьюк. - А стало быть, скоро у нас появятся котятки. Все дешевле, чем покупать.

После чего он отправился в город за продуктами. Мы с Лурой остались дома.

- Широкий жест с твоей стороны, - заметил я, - впустить этого Ромео прошлой ночью.

- Ромео? - переспросила она.

- Да, Ромео. И скоро он станет папочкой двух близнецов. И появятся они на свет божий в клетке.

- Да будет тебе! - отмахнулась она. - С чего ты взял, что он не мог влезть туда сам?

- Да с того, что не мог, и все тут. Раз она не могла выбраться, как это он мог влезть?

Она промолчала. И сделала вид, будто бы ничего ведать не ведает. И как ни странно, но я почему-то расстроился. А потом она принесла мне вторую чашку кофе и улыбнулась.