Бабушка взяла Митину корзинку и пошла к привязанной у забора рыжей лошади. Это и был Орлик. Он с хрустом жевал траву и, часто гремя уздечкой, взмахивал головой: отгонял мух. Хвост Орлика мотался то влево, то вправо, словно щёточка «дворник» на стекле машины. Только у машины «дворник» счищает с переднего стекла снег и дождевые капли, а неутомимый хвост со свистом бил мух и слепней, кусавших Орлика.

— Ну и жара! Не иначе к вечеру грозу нанесёт, — сказала бабушка, помогая папе уложить на телегу чемодан.

Орлик мальчику понравился: он позволил Мите погладить себя и даже стоял в это время спокойно и не мотал головой.

А телега была большая, просторная. На ней и вещи поместились, потом сели все трое и ещё место осталось.

Бабушка называла телегу «полок». Колеса у телеги разные: большие сзади, а спереди маленькие. Когда Орлик шёл налево, то маленькие колёса тоже поворачивались влево, а потом уже и вся телега ехала влево. Очень интересно! Митя даже совсем забыл про сандалии и про то, как ему хотелось побегать босиком.

А бабушка словно знала, о чём думал внук.

— Ты, Митенька, снял бы обувку-то. Пусть ноги отдохнут. Да и сам разденься, пусть тело подышит. Пока едем, глядишь, и загоришь малость. Ишь, какой ты белый да худенький.

Разделся Митя, разулся, и как хорошо ему сразу стало! Босые ноги так и бегут по мягкой от пыли и горячей от солнца тропинке.

А Орлик по дороге шагал не торопясь. «В самом деле, — думал он, — куда торопиться? До деревни далеко, ещё устанешь». — И он продолжал печатать по дорожной пыли четкие следы.

А вокруг всё зеленело и цвело. Дорога шла через луга и поля, через леса и перелески, через полянки, на которых лиловатыми островками росли цветы иван-чая. И над всем этим раздольем светило жаркое солнце, заливались жаворонки.

По полосатому полю ползал голубой трактор на высоких резиновых колёсах и негромко рокотал. Полосы земли перед ним — серые, а сзади трактора — коричневые. Это борозды. По коричневым бороздам расхаживают грачи. Клюнут разок-другой в земле, потом перелетают поближе к трактору — червяков ищут.

— Отсюда наш колхоз начинается. А это тракторист Коля Вагин картошку опахивает, — сказала бабушка.

— Бабушка, а где же колхоз? — удивился Митя. — Где же дома?

— Вот приедем в деревню, там и дома увидишь.

— А разве колхоз и деревня — это не всё равно? — удивился мальчик.

Бабушка улыбнулась:

— Сейчас поднимемся на Грачиный холм, там я тебе и объясню, что такое колхоз.

Тем временем кусты кончились, дорога пошла в гору.

— Тпру, Орлик!

Бабушка натянула вожжи, и телега остановилась на вершине холма в тени высоких тополей. У самой земли стволы тополей были толстые, толще бочки. Наверху, среди зелёной листвы, чернели гнёзда.

— А кто в этих гнёздах живёт? — спросил Митя папу.

— На этих тополях, сынок, живут грачи. Они здесь жили и когда я был маленьким, и когда бабушка. Вот поэтому и называют этот холм Грачиным. От него до деревни совсем недалеко.

— Да, почти приехали, — сказала бабушка. — Видишь, Митя, внизу сады, а в стороне скотный двор? Это наша деревня. А во-он там, у самой реки, тоже деревня виднеется. Это Кучино. А за рекой, куда дорога идёт, где коровы пасутся, — Новки. И всё это наш колхоз «Путь Ильича». А всего у нас в колхозе шесть деревень, шесть бригад. В одной свиноферма, в другой скотный двор, в третьей птица — куры да утки. А наша деревня главная, в ней правление колхоза и школа.

— Ты, Митя, был ведь у меня на заводе. Видел, какой он огромный? — спросил папа.

— Видел.

— На нашем заводе тоже шесть цехов. Завод один, а цехи разные. Каждый в отдельном здании, каждый своим делом занят. Вот и у бабушки колхоз один, а деревень — бригад — несколько. И все колхозники, кто в них живёт, работают в колхозе «Путь Ильича». Понял?

…Хорошо на Грачином холме! Кругом зеленеют поля, луга, лес. Ярко светит солнце, поблёскивает речка. Будто маленькие самолётики носятся юркие стрекозы, мошек ловят. Белые ромашки, жёлтые лютики и фиолетовые колокольчики покрыли склоны холма.

Митя спрыгнул с телеги и начал рвать цветы. Приятно щекотала ноги шелковистая травка.

Смотрела бабушка на мальчика и улыбалась:

— Нагуляешься ещё, Митенька! А сейчас надо домой торопиться. Влезай-ка на полок. Н-но, Орлик!

Новые друзья

К дому бабушки подъехали под вечер. Пока папа переносил чемоданы и колол поленце на мелкие щепки, а мама ставила самовар, Митя уже обежал полдеревни и наскоро осмотрелся. А бабушка тем временем отвела Орлика на конюшню.

Так и началось Митино лето. Лето в деревне. Очень понравилась Мите бабушкина деревня. Пусть была в ней одна-единственная улица, зато длинная и такая зелёная, что её травы, сирени, берёз и лип хватило бы на целый городской парк, а скворечников — на целый город. За одним концом улицы начинался луг, за другим — колхозный сад, весь уставленный ульями. С одной стороны к деревне подходили поля, а с другой — река Петляйка, за которой начинались луга и лес. И всё время, от зари до зари, над деревней, над полями и лугами звенели, переливались песни жаворонков.