Читаем Мистериум полностью

Меган и раньше слышала смех Вуди, но причина смеха почти всегда оставалась непонятной. Сын смеялся над чем-то внутренним, что принадлежало только ему, и она при всем желании не могла посмеяться вместе с ним.

Сейчас, вбежав в комнату Вуди и увидев, как он обнимается с неизвестно откуда появившейся собакой и смеется, Меган ощутила целую гамму противоречивых чувств. При других обстоятельствах она бы засмеялась сама или заплакала. Но сейчас она еще не оправилась от страха, вызванного вторжением Ли Шекета. Сообщение о его аресте лишь притушило этот страх. Вуди был счастлив, пес выглядел вполне безобидным, но у этого пса были зубы. Меган вспомнила, что сделал Шекет с лицом несчастной Джастин, и страх вспыхнул снова.

Полицейский, вбежавший в комнату вслед за Меган, тоже не знал, как ему поступить. Он спросил Меган, ее ли эта собака. Она ответила, что нет. Тогда, может, соседская? Меган пожала плечами, поскольку не знала. Оба стояли и не знали, что им делать. Смех Вуди и радостные собачьи повизгивания подсказывали: все в порядке и делать ничего не надо.

В комнате появился незнакомый мужчина. Само его присутствие вселяло уверенность, какой не обладали ни полицейские, ни даже шериф. Спокойное лицо и непринужденность движений свидетельствовали, что этого человека ничего не удивляет и не раздражает.

– Мэм, позвольте извиниться за моего пса, – сказал незнакомец. – Он хороший и вполне благонамеренный мальчик, но иногда его энтузиазм зашкаливает. – Раньше, чем Меган успела ответить, незнакомец заговорил с ретривером: – Эй, Скуби. – Пес посмотрел на него. – Теперь все в порядке?

Проще было бы, если бы Меган это привиделось. Но ей не привиделось. Ретривер кивнул.

– Как видите, все в порядке, – сказал полицейскому незнакомец и без всяких просьб достал водительское удостоверение. – Меня зовут Бренаден Септимус Хокинс. Друзья зовут меня Беном или Хоком. Мои родители – замечательные люди, но что касается выбора имен, тут им медведь на ухо наступил. Моего брата зовут Вилли Уиллард Хокинс, сестру – Юлалия Эрминтруда Хокинс. К счастью, она девушка смышленая и с характером, поэтому все предпочитают звать ее просто Труди.

73

Возможно, грохочущий ветер дул с несвойственной ему ритмичностью, но красно-синее мелькание мигалок «скорой помощи» явно подчиняется ударам невидимого барабана судьбы. Ближайшие деревья вспыхивают в карнавальных отсветах, но чуть дальше глубокая лесная темень поглощает свет, отказываясь раскрывать свои тайны. Все это возбуждает: ветер, темнота, пульсирующий свет, испуганные люди, отдающие распоряжения и предостерегающие друг друга. Все это лишь взнуздывает Шекета. Он совсем не ощущает себя побежденным.

У него связаны ноги. Руки заломлены за спину и связаны еще крепче. И тем не менее двум санитарам, приехавшим на второй «скорой», и двум полицейским пришлось удерживать его, чтобы вколоть несколько кубиков хлорпромазина. Когда первая доза не оказала желаемого действия, ему вкололи вторую.

Они думают, что наконец-то вогнали его в бессознательное состояние, но это не так. Да, он на какое-то время стал беспомощным, неспособным сопротивляться, однако он слышит все их разговоры. Он знает, куда его повезут и как будут с ним обращаться. Сильнодействующее средство временно лишило его физической силы, но не затронуло процесса преображения. Разум тоже не затронут, хотя его враги думают, что теперь-то он в их власти. Он не открывает глаз, чтобы никто не догадался о его истинном состоянии. Он слушает и строит планы.

74

В окружной тюрьме не было камеры, пригодной для содержания подозреваемого, находящегося в состоянии крайнего психического расстройства, да и персонал тюрьмы не обладал достаточным медицинским опытом, чтобы защитить от такого заключенного его самого и других. Поэтому Шекета повезли в окружную больницу на юго-восточной окраине Пайнхейвена.

Шериф Экман ожидал свою помощницу Риту Карриктон под остроконечной крышей входа для неотложных больных. За ее педантизм во всех делах и неизменную лояльность Экман поручил именно ей произвести видеосъемку на оба их айфона. Видеоролик должен адекватно показать, как шериф со спокойной властностью наблюдает за прибытием арестованного Ли Шекета. Этого типа, представляющего серьезную угрозу общественной безопасности, разместят в одной из четырех больничных палат, где в обычных ситуациях лежали обычные больные, а в ситуациях критических – пациенты психиатрического отделения.