Читаем Мистериум полностью

Кипп бежал за шаром, подпрыгивал, чтобы ухватить зубами красную ленточку. Несколько раз он почти настигал ленточку, но зубы щелкали в воздухе. Раздосадованный, он подпрыгивал все выше и выше.

Увлеченный погоней, уступив потребностям своего «внутреннего щенка», Кипп вскоре понял, что его встреча с шаром действительно имела смысл.

На земле трепыхалась птичка. У нее было сломано крыло.

Испуганная птаха выпучила глаза и безостановочно разевала клюв, но оттуда не вырывалось ни звука. Ужас и боль лишили ее способности щебетать.

Участь птички была предрешена. Рано или поздно она станет добычей ястреба, лисы или еще кого-то и ее съедят живьем.

Кипп остановился и задумался. «Прости меня, малыш».

Передней лапой он надавил на шею птички и услышал хруст сломанных позвонков.

Когда люди ходили в театр на трагедию, в пьесе какой-нибудь выдающийся человек бросался вниз со скалы, сокрушенный судьбой или изъянами своего характера.

Кипп в театр не ходил. Комедии и трагедии они с Дороти смотрели по телевизору.

Вряд ли у этой птички были изъяны характера. Однако птицы, как и все маленькие существа, ежедневно играли свои роли в трагедиях.

В этом прекрасном, но жестоком мире судьба не щадила никого.

Птичка была упитанной. Под перьями ощущалось плотненькое тельце.

Кипп отвернулся, не притронувшись к ней. У него не было вкуса к трагедиям.

Он пробежал чуть менее мили и вдруг поймал знакомый соблазнительный запах. Запах гамбургеров, жарившихся на гриле. Там жарились и франкфур-теры.

Направляемый запахами, Кипп помчался к стене деревьев, миновал хвойный лесок и выбежал на широкую поляну, где стояли разноцветные палатки и небольшие трейлеры.

Люди. Взрослые и дети.

У него была тысяча способов и уловок завладеть их вниманием и понравиться им. Здесь его обязательно накормят.

Голод заставил его забыть, что далеко не все люди являются хорошими. На сотню добрых человек обязательно найдется кто-то со злыми намерениями.

14

Шекет звонит ей со стоянки мотеля, находящегося в окрестностях городка Траки, штат Калифорния, к северу от озера Тахо. Он изливает ей душу, признаётся, что допустил ошибку, не ухаживая за ней так, как она этого заслуживала. Он предлагает ей новую удивительную жизнь в Коста-Рике. Поначалу ему кажется, что она рада его звонку. Судя по ее тону, она сожалеет, что не отдалась ему тогда. Ведь если бы она забеременела не от вероломного Джейсона, а от него, не было бы никакого Вуди, этого умственно отсталого немого мальчишки, изматывающего ее день за днем. У них с Меган родился бы замечательный сын, красивый и необычайно смышленый, которым они бы гордились. Да, поначалу ему кажется, что она нуждается в его внимании и заботе и он достиг желаемой цели.

Но затем в ее голосе появляется высокомерие, надменность, которые ему вовсе не нравятся. Он не заслуживает и не потерпит разговора с ним в таком тоне. «Боюсь, ты недопонимаешь, что значит особый ребенок и как сильно это меняет твою жизнь». Она что, считает его дураком? Будто он не знает, как малолетний немой идиот способен испоганить ей жизнь! «Ли, боюсь, наше время прошло». Можно подумать, ее пороги обивают двадцать молодцов и у каждого по сотне миллионов баксов. Можно подумать, у них вообще было время. Их время никак не могло пройти, поскольку она не давала ему шанса уложить ее в постель и показать, чего она все это время лишалась по собственной глупости. «Для меня сейчас лучший вариант – тот, который больше всего подходит Вуди. И это явно не Коста-Рика». Неужто она не понимает, что сейчас швыряется в него дерьмом? Эту вонь он ощущает даже по телефону. Смысл этой заковыристой фразы совсем другой: тупоголовый мальчишка, не способный даже говорить, интересует ее больше, нежели Ли Шекет, а застойная жизнь в дыре вроде Пайнхейвена для нее предпочтительнее белых пляжей голубого Карибского моря и насыщенной жизни, если все это связано с Ли Шекетом.

Чем больше он злится на Меган, тем голоднее становится. Он еще никогда не испытывал столь острого, нечеловеческого голода. Пять часов назад, проезжая через Бишоп, он остановился, чтобы поесть в заведении, которое какой-то безмозглый идиот оценил на три звезды. Тамошние повара даже не смогли приготовить ему гамбургер по его вкусу. Ли дважды отказывался есть их стряпню, пытаясь заставить их понять, что он имеет в виду, говоря об «особом» гамбургере. Третий гамбургер тоже оказался никудышным. На этот раз возражения Ли выслушивала уже не официантка, а управляющий.

– Сэр, как мне думается, в качестве начинки гамбургера вы хотите стейк тартар. К сожалению, в нашем ресторане такие стейки не готовят. Мелко нарезанная полусырая говядина вредна для здоровья, и потому таких блюд у нас нет.

Шекету хочется схватить нож и вилку, располосовать этого паршивца и показать, какое мясо он называет «особым». Но вместо этого он заказывает еще два гамбургера, которые ничем не лучше прежних. Он съедает все три, но только булочку, не притрагиваясь к жареной картошке. Поев, он платит точно по счету, без чаевых.