Читаем Мистер Селфридж полностью

В других уголках Америки мне помогали: Лора Линард из библиотеки Бейкер в Гарварде; Мэнди Шир из исследовательского центра Гарвардской школы бизнеса; Джеральдина Стрей из исторического общества штата Висконсин; Джон Дорнер из Иллинойской ложи исследовательской библиотеки; Марк Табберт из Национального музея имени Джорджа Вашингтона; Рейчел Хертц из гуманитарного исследовательского центра Гарри Рэнзома при Техасском университете города Остин; Стивен Шауэрс и Мэрибет Рой из компании «Отис»; Дарси М. Потц из Общества дочерей Американской революции; Мэтти Таормина и Полли Армстронг из библиотеки Стэнфордского университета и Лорен Робинсон-Браун из Принстонского университета. Писательница Полин Меткалф, которая писала биографию Сири Моэм в то же время, что я писала о любовнике Сири Г. Г. Селфридже, присылала мне подбадривающие электронные письма с ценной информацией. То же делал и ее редактор Митч Оуэнс. Патрисия Эригеро, специалист по истории скачек, консультировала меня по вопросам конюшен Селфриджа, а Арни Рейсман и Энн Кэрол Гроссман поддерживали меня и советовали, какие книги прочитать и с какими людьми побеседовать.

Я особенно благодарна профессору Нэнси Ф. Коэн из Гарвардской школы бизнеса, которая не только нашла время, чтобы ответить на мои вопросы, но и выслала мне копии своей научной работы о Маршалле Филде, чтобы помочь мне закончить книгу к сроку.

Гэри Чепмен, автор книги «Восхитительные Долли», с радостью поделился со мной информацией, как и Энн Себба, писавшая о Дженни Джером, и Джеймс Гардинер, преданный биограф Габи Деслис.

За помощь в поиске связующих звеньев между Гарри Гордоном Селфриджем и его другом Арнольдом Беннетом я хотела бы поблагодарить Хелен Бертон из Кильского университета и особенно Джона Шэпкотта из Общества Арнольда Беннета – он был воплощением доброты и снабдил меня подробнейшей информацией. Дженис Франсуаз из библиотеки Саутворка поделилась со мной информацией о Кингсвуд-Хаусе, а Сара Гулд из сообщества библиотек и наследия Мертона потратила много времени и сил, чтобы отследить условия, на которых Вяземские арендовали Уимблдон-парк-хаус. Признанный специалист в области генеалогии Тимоти Ботт-гер провел экспертизу русских титулов, а Иэн Дженкинс, куратор греческих и римских древностей в Бри-танском музее, проконсультировал меня относительно скульптурных коллекций Хоупа и великолепного собрания статуй, некогда хранившегося в Лэнсдаун-Хаусе. Дениз Саммертон из Ноттингемского университета дала информацию о распродаже имущества Хоупа. Доктор Герда Рит из Университета Глазго не пожалела времени, чтобы объяснить мне особенности психологии игроков. Из Австралии я получала информацию от Мэри Гарден, которая поведала мне о грандиозном полете мистера Гардена в Австралию на самолете, приобретенном им в «Селфриджес».

Я бы хотела поблагодарить членов сообщества Конде Наста в Лондоне: Николаса Кольриджа, Гарриет Уилсон и ее команду и Бретта Крофта, заведующего библио-текой Конде Наста, за то, что они предоставили мне огромное количество копий, и за то, что нашли возможность подстроиться под мой безумный график.

Я должна поблагодарить Энни Пайндер из архива палаты лордов, Джейн Розен из Имперского военного музея, центр Билла Дугласа по изучению истории кино и популярной культуры при Эксетерском университете и сотрудников Лондонской библиотеки. С тех пор как книга была опубликована, несколько читателей не только нашли время для того, чтобы записать свои отзывы и выслать мне дополнительную информацию, но и указали на некоторые упущения и ошибки с моей стороны – и я хотела бы особо поблагодарить Клайва Вейсли, Дафни Холл, Уильяма Кавендиша, Малкольма Нила и Люси Барух.

Отдельное спасибо Сюзи Менкес, Родни Фитчу, Питеру Уоллису, Витторио Радиче, Скотту Малкину и Марку Себбе за то, что все они ответили на мои вопросы о современной розничной торговле в контексте универмагов и о ее взаимосвязи с Г. Г. Селфриджем.

Я бесконечно благодарна его королевскому высочеству принцу Уэльскому за разрешение процитировать его речь «Акцент на архитектуру», которую он произнес в 1990 году на торжественном приеме в Американском архитектурном институте, и Аманде Фостер, пресс-секретарю принца Уэльского, и герцогине Корнуэллской.

Правнук Гарри Гордона Селфриджа Саймон Уитон Смит щедро уделил мне не один час времени, рассказав о воспоминаниях своих матери, бабушки и дедушки и показав мне бесценные семейные архивы. Я бы хотела поблагодарить и дочь Гордона Селфриджа-младшего Дженнифер Маклеод.

Перейти на страницу:

Все книги серии КИНО!!

Чудотворец
Чудотворец

Ещё в советские времена, до перестройки, в СССР существовала специальная лаборатория при Институте информационных технологий, где изучали экстрасенсорные способности людей, пытаясь объяснить их с научной точки зрения. Именно там впервые встречаются Николай Арбенин и Виктор Ставицкий. Их противостояние, начавшееся, как борьба двух мужчин за сердце женщины, с годами перерастает в настоящую «битву экстрасенсов» – только проходит она не на телеэкране, а в реальной жизни.Конец 1988 – начало 1989 годов: время, когда экстрасенсы собирали полные залы; выступали в прямом эфире по радио и центральным телеканалам. Время, когда противостояние Николая Арбенина и Виктора Ставицкого достигает своей кульминации.Книга основана на сценарии фильма «Чудотворец»

Дмитрий Владимирович Константинов

Современная русская и зарубежная проза

Похожие книги

Дети мои
Дети мои

"Дети мои" – новый роман Гузель Яхиной, самой яркой дебютантки в истории российской литературы новейшего времени, лауреата премий "Большая книга" и "Ясная Поляна" за бестселлер "Зулейха открывает глаза".Поволжье, 1920–1930-е годы. Якоб Бах – российский немец, учитель в колонии Гнаденталь. Он давно отвернулся от мира, растит единственную дочь Анче на уединенном хуторе и пишет волшебные сказки, которые чудесным и трагическим образом воплощаются в реальность."В первом романе, стремительно прославившемся и через год после дебюта жившем уже в тридцати переводах и на верху мировых литературных премий, Гузель Яхина швырнула нас в Сибирь и при этом показала татарщину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. А теперь она погружает читателя в холодную волжскую воду, в волглый мох и торф, в зыбь и слизь, в Этель−Булгу−Су, и ее «мысль народная», как Волга, глубока, и она прощупывает неметчину в себе, и в России, и, можно сказать, во всех нас. В сюжете вообще-то на первом плане любовь, смерть, и история, и политика, и война, и творчество…" Елена Костюкович

Гузель Шамилевна Яхина

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Проза прочее
Жизнь за жильё. Книга вторая
Жизнь за жильё. Книга вторая

Холодное лето 1994 года. Засекреченный сотрудник уголовного розыска внедряется в бокситогорскую преступную группировку. Лейтенант милиции решает захватить с помощью бандитов новые торговые точки в Питере, а затем кинуть братву под жернова правосудия и вместе с друзьями занять освободившееся место под солнцем.Возникает конфликт интересов, в который втягивается тамбовская группировка. Вскоре в городе появляется мощное охранное предприятие, которое станет известным, как «ментовская крыша»…События и имена придуманы автором, некоторые вещи приукрашены, некоторые преувеличены. Бокситогорск — прекрасный тихий городок Ленинградской области.И многое хорошее из воспоминаний детства и юности «лихих 90-х» поможет нам сегодня найти опору в свалившейся вдруг социальной депрессии экономического кризиса эпохи коронавируса…

Роман Тагиров

Современная русская и зарубежная проза
Ад
Ад

Где же ангел-хранитель семьи Романовых, оберегавший их долгие годы от всяческих бед и несчастий? Все, что так тщательно выстраивалось годами, в одночасье рухнуло, как карточный домик. Ушли близкие люди, за сыном охотятся явные уголовники, и он скрывается неизвестно где, совсем чужой стала дочь. Горечь и отчаяние поселились в душах Родислава и Любы. Ложь, годами разъедавшая их семейный уклад, окончательно победила: они оказались на руинах собственной, казавшейся такой счастливой и гармоничной жизни. И никакие внешние — такие никчемные! — признаки успеха и благополучия не могут их утешить. Что они могут противопоставить жесткой и неприятной правде о самих себе? Опять какую-нибудь утешающую ложь? Но они больше не хотят и не могут прятаться от самих себя, продолжать своими руками превращать жизнь в настоящий ад. И все же вопреки всем внешним обстоятельствам они всегда любили друг друга, и неужели это не поможет им преодолеть любые, даже самые трагические испытания?

Александра Маринина

Современная русская и зарубежная проза