Читаем Мистер Капоне полностью

Для планов Торрио эти географические подробности значили не много, поскольку большинство банд практиковали традиционные мелкие преступления в виде воровства и ограблений в любом месте, где бы ни находились, а территориальность означала лишь традиционные места, мародерничать бандиты предпочитали поближе к дому. Своеобразная кодификация этих районов интересовала Торрио только с точки зрения исключительных прав на бутлегерство.

Большую часть Норд-Сайда контролировал Дини О’Бэнион. Его подручные, как и сам Дини, были из среды взломщиков и профессиональных медвежатников. На сборищах главарей гангстерских банд Чикаго О’Бэнион неофициально играл роль председателя (после его убийства в 1924 году прошел слух, что Дини руководил бандой при помощи шести ближайших партнеров). О’Бэнион был чрезвычайно харизматичной личностью. Грозный враг и убийца, Дини лично устранил, по словам одного начальника полиции, двадцать пять человек. По другим сведениям, число жертв составило шестьдесят три человека.

Но друзья видели в Дини хорошего человека и искренне любили. О’Бэнион являл почти карикатурный образ улыбчивого ирландца: открытого, бойкого, неизменно веселого. Если кто-то начинал говорить дурные вещи про заклятых врагов, Дини восклицал: «Да ладно, бросьте! Он прекрасный человек, в самом деле». А после мог заказать убийство прекрасного человека или исполнить его самостоятельно, не колеблясь ни минуты.

Однажды водитель заметил запекшуюся кровь на сиденьях после возвращения босса из поездки. «Слушай, очисти-ка здесь все», – попросил О’Бэнион безо всяких объяснений, с самым беззаботным и веселым видом. Убийство казалось ему совершенно обыденным делом и не вызывало никакого расстройства. Психолог называл подобное поведение состоянием «солнечной жестокости».

О’Бэнион не был гением, и время от времени обращался за советом к другим.

Одним из ближайших соратников Дини был Эрл Войцеховский[76], уроженец Польши, прибывший в Соединенные Штаты в возрасте трех лет.

По не совсем понятным причинам Эрл принял второе имя, Хейми Вайс, хотя не имел никакого отношения к евреям, слыл убежденным католиком, всегда носил крест и часто перебирал в руках четки. Худой и стройный, с резкими чертами лица, на котором выделялись огромные глаза, он обладал горячим темпераментом и холодным рассудком. Кругозор Вайса был шире, чем у Диона. Полиция считала, именно Войцеховский втянул банду в бутлегерство.

К числу других подручных Дини относился Винсент Друччи[77] (настоящее имя Ди Амбросио), единственный итальянец на руководящей должности в мафии Норд-Сайда. В детстве он взламывал монетные коробки в городских телефонах и заработал прозвище «Интриган» за совершенно безрассудные планы налетов и ограблений. Как и Вайс, Друччи был вместе с О’Бэнионом с подросткового возраста (в начале действия сухого закона О’Бэниону было двадцать восемь, а большинству членов банды едва исполнилось двадцать).

Луи Альтери[78], урожденный Лиланд Варейн, родился в Калифорнии в семье французского эмигранта. Будучи наемным убийцей, выполнял функции «зиц-председателя», успешно разыгрывая перед полицией роль безумца. Луи боксировал как профессионал, обладал телосложением классического громилы, владел в Колорадо собственным ранчо и любил, когда его называли «Два ствола» (носил два револьвера калибра 38 в наплечных кобурах). Один журналист назвал его «диким чикагским стрелком и мохнатым колорадским скотоводом».

Он начал в Чикаго как компаньон Терри Драггэна, принимал участие в безумных ограблениях ювелиров и прокручивал небольшие операции в игорном бизнесе. В дальнейшем Луи успел поработать на Херши Миллера и Гвоздя Мортона, пока не связался с О’Бэнионом, которого боготворил. Однажды, чтобы отсрочить обвинение в убийстве, пока свидетели не будут запуганы или просто не исчезнут, притворился сумасшедшим, причем настолько убедительно, что некоторые члены банды сочли Луи таковым.

Еще одной важной шишкой в банде был Джордж Моран[79] – пожалуй, самый флегматичный и беспристрастный. Однако периодически он вспыхивал так свирепо и неукротимо, что газеты прозвали его «Глюк».

Сам Джордж предпочитал псевдоним Моррис, хотя на самом деле имел польские корни. Его настоящее имя так и осталось неизвестным, либо просто было забыто властями и затерялось в газетах тех времен. Моран медленно двигался и медленно думал.

Пятым членом правящей верхушки газеты считали Дэниела МакКарти, прозванного за вызывающую элегантность Дэппером Дэном. Начав простым рэкетиром, Дэн застрелил полицейского, который пришел арестовать его за дезертирство из армии в 1918 году. Продвигаясь по карьерной лестнице, Дэниел, в конце концов, стал компаньоном О’Бэниона в одном из первых пивоваренных заводов Cragin Products. Другой тяжеловес, Гвоздь Мортон, был скорее не членом банды, а другом О’Бэниона и сообщником в некоторых авантюрах.