Читаем Мистер Ивнинг полностью

— Он забрал у меня всю одежду — даже обувь и ключи, а затем, пообещав, что я запомню Элис Роджерс на всю оставшуюся жизнь, ушел и бросил меня на произвол судьбы.

Уинстон снова уставился на ковер.

Голос мисс Миранды продолжал:

— Я позвала его из-за перил, крикнув вдогонку: «Как же я доберусь домой?»

Ее голос замер. Вдруг она схватилась руками за голову и закричала:

— О боже, боже!

— Вам больно? — Уинстон оторвал осоловелый взгляд от ковра.

— Нет, — быстро ответила она.

— Голова кружится, — сказал Уинстон.

— Я совершенно не помню этого молодого человека, — продолжила мисс Миранда. — Понимаешь, Уинстон, когда преподаешь столько лет и когда ты уже в таком возрасте, все молодые люди, как, впрочем, и все старые, кажутся на одно лицо.

— Мисс Миранда, можно, я кому-нибудь позвоню? Мы должны сообщить…

— Нет, — сказала она. — И слышать не желаю. А теперь, пожалуйста, успокойся и не расстраивайся из-за случившегося. Я хочу переночевать у тебя.

— Тот молодой человек, о котором вы рассказываете, он не причинил вам никакого вреда?

— Нет, — словно обороняясь, ответила мисс Миранда.

Она посмотрела на Уинстона.

Вдруг он почувствовал тошноту и выскочил из гостиной в комнатку рядом с кухней.

Видимо, Уинстон не успел прикрыть за собой дверь, и мисс Миранда услышала, как его вырвало.

— Ну и ну, — сказала она.

Войдя в туалет, она увидела, как он изо всех сил тужится над унитазом.

— Уинстон, давай я поддержу тебе голову, — предложила она, но он не шелохнулся.

Мисс Миранда взяла его за голову, и Уинстона вырвало снова.

После чего она сняла с вешалки чистое полотенце и вытерла ему рот.

— Я подцепил вирус, — объяснил Уинстон.

Он повернулся к унитазу, и его опять вырвало.

— Бедняжка, — мисс Миранда вновь вытерла ему рот полотенцем. — Теперь тебе лучше прилечь, — посоветовала она.

Он направился в смежную комнату с двуспальной кроватью и лег.

Она помогла ему снять обувь и прикрыла одеялом.

— Прости, что расстроила тебя, — извинилась она.

— Нет, мисс Миранда, это все вирус. Никак не вылечусь. Подхватываю от своих учеников — то от одного, то от другого.

— Просто лежи спокойно.

Едва он задремал, как она вновь воскликнула:

— Боже, боже!

Видимо, она тоже вздремнула в кресле подле двуспальной кровати и немного спустя резко очнулась, услышав, что он опять тужится в туалете. Мисс Миранда поспешила туда, чтобы поддержать ему голову.

— Уинстон, бедняжка, — сказала она, чувствуя, что его волосы взмокли от пота.

— Как вы могли смотреть, когда меня тошнило? — спросил он позже, после того как они вернулись в спальню.

— Я ведь тридцать лет преподаю в средней школе, — напомнила она.

— Мисс Миранда, — внезапно сказал он, — вас сегодня изнасиловали?

Она уставилась на него.

— Я должен вызвать врача, — он вытер рот.

— Меня не… изнасиловали, — возразила она.

Он взглянул на нее:

— Тот парень просто попросил вас раздеться?

Она кивнула.

— Из-за Элис Роджерс, — повторил он ее слова.

— Я свидетельствовала против Элис в суде, — добавила мисс Миранда, — и ее отправили в колонию для малолетних.

— Ну, это вы так рассказываете.

— Я не стала бы тебе лгать.

— Вам никто не поверит.

— Тебе нельзя так много разговаривать, Уинстон, — мисс Миранда заботилась о его здоровье.

Он промолчал.

— Вас видела Берта Уилсон из дома напротив, — сказал он сонно.

— Да, она смотрела в мою сторону, — призналась мисс Миранда.

— Значит, она вас видела.

— Но ведь было очень темно.

— У Берты не глаза, а рентген.

— Ну хорошо, она меня видела, — сказала мисс Миранда. — Но мне же надо было куда-то зайти.

— Все в порядке, — произнес Уинстон. — О нас-то с вами никто плохого не подумает.

— О боже! — вдруг вскрикнула мисс Миранда.

Уинстон приподнялся на локтях.

— Вы пострадали, мисс Миранда? Что-нибудь болит?

Она подавила рыдания.

— Мисс Миранда, — начал Уинстон. — Тот молодой человек, что вошел сегодня в ваш класс… Вы слушаете меня?.. Этот молодой человек — Фред Роджерс, старший брат Элис Роджерс.

Мисс Миранда сдавленно всхлипнула.

— Вы слышали, что я сказал, мисс Миранда?

Она кивнула.

— Старший брат Элис Роджерс, — повторил он. — Я хорошо его знаю. Послушайте, мисс Миранда, я знаю, что он не мог просто раздеть вас догола и уйти. Или вы думаете, я совсем ничего не соображаю?

Она посмотрела на него в упор, и он отвел взгляд.

— Я хорошо знаю Фреда Роджерса, мисс Миранда, и понимаю, что он бы этим не ограничился. Он точит на вас зуб за то, что вы отправили его сестру в исправительную колонию.

— Мне уже почти шестьдесят, Уинстон, — сказала мисс Миранда из темного озерца своего кресла. — Если не возражаешь, давай закроем эту тему.

— Вам нужен врач.

Мисс Миранда опустила взгляд на длинный отворот купального халата.

— Да у вас кровь, — сказал Уинстон.

Он тут же завопил и скрючился на кровати от боли.

— Уинстон, господи.

— Видно, приступ аппендицита, — простонал он. — Ох-ох-ох, — и потрогал себя за живот.

— Значит, ты хочешь вызвать врача! — закричала мисс Миранда, словно он ее предал.

Он откинулся на спину и застонал. Его лицо позеленело, а затем пожелтело, словно вдруг осветилось прожектором.

— Боже правый! — воскликнула мисс Миранда.

Перейти на страницу:

Все книги серии Creme de la Creme

Темная весна
Темная весна

«Уника Цюрн пишет так, что каждое предложение имеет одинаковый вес. Это литература, построенная без драматургии кульминаций. Это зеркальная драматургия, драматургия замкнутого круга».Эльфрида ЕлинекЭтой тонкой книжке место на прикроватном столике у тех, кого волнует ночь за гранью рассудка, но кто достаточно силен, чтобы всегда возвращаться из путешествия на ее край. Впрочем, нелишне помнить, что Уника Цюрн покончила с собой в возрасте 55 лет, когда невозвращения случаются гораздо реже, чем в пору отважного легкомыслия. Но людям с такими именами общий закон не писан. Такое впечатление, что эта уроженка Берлина умудрилась не заметить войны, работая с конца 1930-х на студии «УФА», выходя замуж, бросая мужа с двумя маленькими детьми и зарабатывая журналистикой. Первое значительное событие в ее жизни — встреча с сюрреалистом Хансом Беллмером в 1953-м году, последнее — случившийся вскоре первый опыт с мескалином под руководством другого сюрреалиста, Анри Мишо. В течение приблизительно десяти лет Уника — муза и модель Беллмера, соавтор его «автоматических» стихов, небезуспешно пробующая себя в литературе. Ее 60-е — это тяжкое похмелье, которое накроет «торчащий» молодняк лишь в следующем десятилетии. В 1970 году очередной приступ бросил Унику из окна ее парижской квартиры. В своих ровных фиксациях бреда от третьего лица она тоскует по поэзии и горюет о бедности языка без особого мелодраматизма. Ей, наряду с Ван Гогом и Арто, посвятил Фассбиндер экранизацию набоковского «Отчаяния». Обреченные — они сбиваются в стаи.Павел Соболев

Уника Цюрн

Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза

Похожие книги

Божий дар
Божий дар

Впервые в творческом дуэте объединились самая знаковая писательница современности Татьяна Устинова и самый известный адвокат Павел Астахов. Роман, вышедший из-под их пера, поражает достоверностью деталей и пронзительностью образа главной героини — судьи Лены Кузнецовой. Каждая книга будет посвящена остросоциальной теме. Первый роман цикла «Я — судья» — о самом животрепещущем и наболевшем: о незащищенности и хрупкости жизни и судьбы ребенка. Судья Кузнецова ведет параллельно два дела: первое — о правах на ребенка, выношенного суррогатной матерью, второе — о лишении родительских прав. В обоих случаях решения, которые предстоит принять, дадутся ей очень нелегко…

Александр Иванович Вовк , Николай Петрович Кокухин , Татьяна Витальевна Устинова , Татьяна Устинова , Павел Астахов

Детективы / Современная русская и зарубежная проза / Прочие Детективы / Современная проза / Религия
Добро не оставляйте на потом
Добро не оставляйте на потом

Матильда, матриарх семьи Кабрелли, с юности была резкой и уверенной в себе. Но она никогда не рассказывала родным об истории своей матери. На закате жизни она понимает, что время пришло и история незаурядной женщины, какой была ее мать Доменика, не должна уйти в небытие…Доменика росла в прибрежном Виареджо, маленьком провинциальном городке, с детства она выделялась среди сверстников – свободолюбием, умом и желанием вырваться из традиционной канвы, уготованной для женщины. Выучившись на медсестру, она планирует связать свою жизнь с медициной. Но и ее планы, и жизнь всей Европы разрушены подступающей войной. Судьба Доменики окажется связана с Шотландией, с морским капитаном Джоном Мак-Викарсом, но сердце ее по-прежнему принадлежит Италии и любимому Виареджо.Удивительно насыщенный роман, в основе которого лежит реальная история, рассказывающий не только о жизни итальянской семьи, но и о судьбе британских итальянцев, которые во Вторую мировую войну оказались париями, отвергнутыми новой родиной.Семейная сага, исторический роман, пейзажи тосканского побережья и прекрасные герои – новый роман Адрианы Трижиани, автора «Жены башмачника», гарантирует настоящее погружение в удивительную, очень красивую и не самую обычную историю, охватывающую почти весь двадцатый век.

Адриана Трижиани

Историческая проза / Современная русская и зарубежная проза