– А зачем ее истощать?! Она и так управляется их ставленниками! Или они всерьез хотят отхватить от России Сибирь? Но они не смогут жить не то, что в Сибири, а даже в Центральной России. Они там вымерзнут как динозавры. Уж поверьте мне.

Он передернул плечами, вспомнив купающегося в ледяной горной воде Чугунова.

– А как вы думаете, Гийом, что было бы лучше для нас?

– А разве мы это не обсуждали многократно.

– И все же Гийом события убыстряются. Давайте уточним наш курс. Тем более, что теперь вы, можно сказать, наш представитель в России.

– Да дядя те, кого мы искали, сформулировали все это гораздо лучше нас. Ибо лучше знают ситуацию в своей стране и вокруг нее. Они хотят сделать Россию меньше, компактнее. Выбросить из нее Кавказ, а может еще кое-что. Но Кавказ обязательно. А потом сделать ее Русью, – европейской цивилизованной страной. Какой она была, когда называлась скандинавами Гардарикой – страной городов. Куда наши предки Меровинги посылали подмастерьев за опытом.

И эта Светлая Русь, как они ее называют, будет неотъемлемой частью Европы. Она поможет Европе освободиться и от мусульманского нашествия и от наглых янки. Не будет Европы без Руси. Не будет будущего у белой расы без белой Европы.

Но нельзя самого себя поднять за волосы. Они не поднимутся без нас, мы без них.

Но мы с вами знаем еще больше. Не будет будущего у Земли, если цивилизованная белая Европа снова не начнет познавать Божий замысел.

– Хорошо, Гийом. Хорошо. В целом вы правы. Хотя последний ваш тезис явно навеян вашей первой специальностью. Как я мог заметить, астрофизики все немного…нестандартные.

– Помимо того, что я астрофизик, я еще и потомок королей, одновременно бывших великими мыслителями.

– Ладно, оставим это, Гийом. Но напомню вам, чтобы вы были особенно аккуратными. Все же мы встроились в чужую игру. Я имею в виду организаторов оранжевой революции. И до времени нам нельзя показывать свои истинные намерения. Признаюсь, я сам долго раздумывал, прежде чем решиться на все это. И только долгие дискуссии с вашим кузеном Генри помогли мне сформулировать проект, который в итоге будет нашим. Но который, на первых порах начинается под эгидой и в интересах тех, кого мы с вами называем «другой Запад».

– Ах, дядя, вы не представляете, насколько ближе нам с вами эта Светлая Русь, чем «другой Запад».

Глава 21. Суд фемы

– Ну что, Петрович, куда теперь рулим? – спросил Зигфрид.

Они сидели на берегу реки недалеко от загородного дома Чугунова.

– Теперь дружище, пора начинать реализовывать твою идею.

– Давно кулаки чешутся, – с садистской мечтательностью протянул Зигфрид.

– А вот кулаков, дружище пока не надо.

– Опять какие-нибудь свои штучки готовишь? Эдак, мои ребята совсем деквалифицируются.

– А что им не хватает потасовок на демонстрациях и вокруг наших языческих игрищ?

– Это так, разминка. Мы же подготовили боевиков, а не тусовщиков.

– Согласен, дружище, согласен. Но не будем нарушать последовательность событий.

Чугунов вдруг грустно посмотрел на Зигфрида.

– Ведь дело идет действительно к большим битвам. Успеем еще и сами пострелять и получить в ответ. Не торопи, Зигфрид.

И он вдруг пропел строку из песни:

А без нас ребята, драка не начнется

– Что-то ты загрустил, профессор.

– Да не загрустил я, дружище. Просто предчувствие. Вернее даже точное знание.

– Да ладно. В конце концов, ты же не из пехоты. Уж не дадим тебя в обиду. Ты у нас один.

– Все мы одни. И в каждом целая вселенная. И во мне и в каждом из твоих ребят, и в каждом Лешином раздолбае. Впрочем, ариец идет навстречу судьбе с открытым забралом. С нами Бог!

– С нами Бог! – вскинулся Зигфрид.

Во всех храмах новой религии прошли проповеди о святости народного волеизъявления. И были провозглашены проклятия всем фальсификаторам выборов. Газеты откровенно посмеялись над эпатажными выпадами неоязычников. Общее мнение было таково. Проект начал выдыхаться. И его руководители прибегли к такой экстраординарной мере, чтобы поднять свой рейтинг, эксплуатируя тему грядущих вскоре выборов, которые действительно все больше занимали умы общественности.

«Сатанисты примазываются к общественному интересу», – изгалялся Московский комсомолец. «Дождь смывает пыль. Недолгая популярность неоячычников сходит на нет благодаря возрождению политической активности масс». Это уже респектабельная «Независимая газета». «Клевета сатанистов – врагов России на государственные институты». Это официоз, «Российская газета».

Посмотрим, посмотрим, что вы запоете дальше? – думал Чугунов, просматривая газеты в храме-офисе, как называли они новую штаб-квартиру своей конфессии. Он набрал телефонный номер:

– Василий?

– Я, Петрович.

– Зайди ко мне.

Василий появился в его кабинете довольно быстро.

– Как наши верующие относятся к происходящему? У тебя вообще есть сводка или хотя бы неформальная оценка настроений наших масс?